Однако что—то в душе увечного не спешило сразу сбрасывать этот способ со счетов.
Убить Аверета… Это решило бы столь многое! Бекки будет спасена, обещание Полата потеряет свою силу — и всё станет как прежде. Так скоро — и безвозвратно.
Но убить… Полат слишком любил людей, чтобы совершить такое. О чём говорить, он даже ударить человека не смог бы, если б того не требовал образ властного ученика!
Но, может…
— Я… Я не смогу так! — проговорил Полат быстро, даже быстрее, чем обычно. — Но, быть может, вы могли бы…
— Нет. — резко прервал его Дэви Крист. — Никогда я ещё не убивал людей — и начинать не собираюсь.
— Тогда почему же вы хотите, чтобы начинал я?! — вспыльчиво воскликнул Полат.
— Я лишь указываю тебе возможный путь. — поднял ладонь в миролюбивом жесте Учитель. — Но выбор всегда остаётся за тобой.
— Да из чего же выбирать? Вы говорили, есть две дороги.
— Верно. Вторая тропа в какой—то мере проще — а в какой—то и сложней.
Дэви Крист развёл руками.
— Этого Аверета можно и не убивать — достаточно будет лишить его власти. Без главы секта ослабнет, и мы — а заодно и твоя Бекки — сможем вздохнуть свободней. Но это будет куда сложнее, чем может показаться.
— Постойте… Но ведь это то же самое, что хочет сделать он с вами!
— Именно. Способ он выбрал мудро — не могу этого не признать.
— Но… Разве мы не должны отличаться от этих еретиков? Быть лучше их во всём? Представлять собой свет?
— Мы ничуть не хуже и не лучше их, Полат. — с какой—то печальной улыбкой произнёс Учитель. — Ты ещё так молод, так наивен — но когда—нибудь и тебе придётся понять, что в этом мире нет ни правых, ни виноватых. Нет ереси и нет истинной веры, нет какого—то истинного Бога. Люди сами вольны выбирать свой путь и религию — и именно поэтому так важно давать им выбор. Иначе им вера не будет приносить облегчения, а нам — контроля. И тогда какой в ней смысл?
— Понятно…
— Не думаю. До сих пор ты не сталкивался с подобными вопросами. Впрочем, если выберешь второй путь, то, несомненно, придёшь к тем же выводам, что и я — а может, узнаешь то, что не сумел я.
Ведь твой разум способен на нечто большее, чем ты думаешь.
— Например, на свержение Аверета? — усмехнулся Полат.
— В том числе. — кивнул отец Майкл.
Полат задумался. Как свергнуть Аверета, как лишить его власти? Возможно ли это? Ведь калека не знает совершенно ничего о его секте — даже названия! Но был ли у него выбор? Он знал, был уверен в том, чтобы на убийство ему не хватит злобы. А хватит ли воли на то, чтобы лишить культиста поддержки его последователей?
Ни один из путей калеке не нравился. Всё это требовало значимых усилий, всё это было сопряжено с риском… Как же так получается: чтобы спасти кого—то, нужно либо убивать, либо обманывать? Да и как можно, выбирая всё или ничего, не потерять себя самого?
— Я… Я не знаю. — признался калека после недолгого молчания. — С чего же мне начать?
— Начни с выбора. — незамедлительно ответил Учитель. — Ведь выбор всегда ведёт к действию. Но если уж ты сам решил спасти Бекки, то и действовать ты должен сам. Никто другой не проложит тебе путь к этой цели. Пора бы уже взрослеть, Полат. Довольно тебе ходить в учениках — настало время самому принимать решения!
— Но… Это так трудно!
— У Добродетели дорога всегда трудна — зато потом не в чем себя упрекнуть. Но есть, конечно и иной путь. Подлость, коварство. Оно всегда идёт на ура — но наполняет смутной тяжестью грудь.
Видя, что Полат мешкает, Дэви Крист вздохнул:
— Ты ведь понимаешь, почему я даю тебе сделать этот выбор?
Полат понимал. Это решение определяло его сущность, давал учителю понять, из какого он сделан теста.
В первом случае ему достаточно лишь подобраться к Аверету достаточно близко и… Убить его. Кинжал или яд. Так просто… И так сложно. Полат не знал, хватит ли у него силы духа жить с осознанием того, что он прервал человеческую жизнь. Однако это гарантировало свободу Бекки и прочим сектантам — если, конечно, они есть.
Если же проникать в секту, каким—то образом менять её изнутри, чтобы свергнуть Аверета, лишить его господства… То кому тогда уйдёт эта власть? Его последователям? Отпустят ли они тогда Бекки? Или же… Самому Полату придётся взять бразды правления? Если всё обернётся так, то он точно будет уверен, что Бекки и прочим узникам секты ничто не угрожает. Кроме того, у него появится власть — власть не ученика, а главы культа. Это прельщало.
Но вдруг Полат посмотрел на всё это со стороны Учителя. И понял, что, в сущности, выбора у него не было никогда