— Да. Ты прав. — сухо произнёс Аверет после небольшой паузы.
— Прав?
— Конечно. Кинжал в самом деле надёжней. Бекки?
В полной тишине, прерываемой лишь тяжёлым дыханием говорящих, раздался звук осторожных шагов. С металлическим лязгом из ножен выскользнул клинок.
— Нет, нет… Прошу… Я могу быть полезен! — закричал Ланзо.
— Поздно. — сухо раздалось в ответ.
Звук глухого удара тела о стену, треск черепной кости, быстрый вскрик — и спор разрешён.
Полат сглотнул накопившуюся слюну и решился выглянуть из-за своего укрытия. Он искренне волновался за этого Ланзо — и потому чувство страха отошло на второй план.
В переулке остались стоять лишь двое: Аверет, высокий мужчина тридцати лет с манерно вытянутым лицом, неухоженной бородой на одном лишь подбородке и длинными коричневыми волосами, спадающими на плечи, и, видимо, его сообщница Бекки: совсем молодая девушка с бледной кожей, впалыми щеками и тонкими запястьями, на которые она неосознанно наматывала русые волосы. Труп Ланзо сполз по стене дома, оставив на ней заметную кровавую полосу — и теперь лежал на земле так, что его сложно было отличить от уснувшего пьяницы. Короткий меч, принесший смерть идейному противнику, уже скрылся в ножнах.
Аверет вдруг повернул голову в сторону Полата — и тот быстро скрылся за углом, тщетно пытаясь угомонить колотящееся сердце. Ученик подхватил трость, поднял с земли останки — и так быстро, как ему позволяла искалеченная нога, продолжил идти в сторону реки, судорожно оглядываясь.
Стук. Стук.
Полат почти не видел, куда бредёт. Всё плыло в какой-то белесой пелене, а голова кружилась от волнения и сотен вопросов без ответа.
Стук, стук.
Кто эти люди, что они хотят сделать с Учителем? Надо предупредить его, он должен знать об этом зле, зле во плоти!
Стук. Стук, стук, стук.
Калека шёл всё быстрее и быстрее, уже не оглядываясь. Что-то гнало его вперёд, пугало до дрожи.
Трость вдруг попала в трещину между плитами, застряла там — и вылетела из дрожащих пальцев Полата! Она быстро покатилась по плитам, подскакивая, и остановилась лишь тогда, когда её прижал ботинок.
Чужой ботинок. Из грубой телячьей кожи.
Полат поднял взгляд — перед ним стоял тот самый мужчина из переулка! Он с силой толкнул Полата в грудь — и калека упал на землю, больно поцарапав ладонь о камень плит. Отполз подальше, попытался встать на ноги — но без опоры на трость лишь бессильно рухнул на колени.
Он просчитался.
— Ты всё слышал. — холодно произнёс Аверет, наклоняясь. Он поднял трость с земли, завертел ею в сухих руках, с интересом разглядел. Его вытянутое лицо при этом не выражало никаких эмоций.
— Хорошая трость. — вынес он безучастный вердикт…
И вдруг с силой ударил ею о колено! Но дерево выдержало — и Полат облегчённо выдохнул.
— И на удивление крепкая. Так просто это сборище излишеств не уничтожить.
Аверет перехватил трость и её концом приподнял голову Полата. Калека уже знал, что его ждёт. В лучшем случае — быстрое и безболезненное избавление от свидетеля. Но если они узнают, кому он служит…
Полат, затаив дыхание, положил шляпу под рубашку. В это время Аверет обследовал останки Марии, и был так этим поглощён, что не замечал ничего вокруг. Чуть поодаль, за поворотом, ведущим в темноту, стояла та девушка, которую он назвал Бекки. Теперь, на скупом свету тёмных улиц, она казалась ещё тоньше — и ещё болезненней. Полат только всмотрелся в её исхудавшее ромбовидное лицо и опущенные тонкие веки, как тут же получил своей же тростью по рёбрам.
Калека согнулся от боли и выругался.
— Любуешься моей ученицей? — послышался голос ненавистного Аверета откуда-то слева. Потом спереди: он ходил вокруг калеки кругами. — Хотел бы я, чтобы её дух был так же красив, как и тело.
Полат распрямился, стиснув зубы. Взгляд необычайно прояснился: он вдруг увидел каждую песчинку на дороге, увидел взгляд девушки — и трость, направленную ему прямо в лицо! В последний момент он успел её перехватить — но тут же был отброшен ударом ноги обратно на землю! Шляпа выскользнула из-под рубахи, упала на треснутую дорогу.
Аверет поднял головной убор, посмотрел на забрызганный грязью бархат — а через секунду и на распростёртого на земле Полата. Шляпа аккуратно спикировала ему на грудь, а мужчина сделал шаг вперёд.
— Я знаю, кто ты такой, увечный. Так скажи мне вот что: когда ты оказался в учениках у святого отца Майкла Дэви Криста, — Аверет явно издевался над именем Учителя, — ты боялся его так же, как Бекки боится меня? Боялся ли ты вливать в трупы животный жир, смешанный с водой, пока они не начнут раздуваться, как утопленные свиньи? Боялся ли собирать то, что осталось от них и тащить это…