— Не опускайте палочку, Миттчел. Это сначала непривычно, а потом превращается в музыку! — улыбнулся преподаватель.
В следующее мгновение в ответ на отчаянное «Круцио» на лице ребёнка отразилось удивление — боли почему-то не было.
— Эй, Миттч, совсем силёнок не осталось? — рассмеялся преподаватель. — Не удивительно, в твоей крови ведь вода!..
— Круцио!.. — закричал Миттчел, дрожащей рукой направляя вперёд палочку.
Ребёнок молчал, исподлобья глядя на мучителя.
— Слабак! — махнул рукой Кэрроу. — Отойди, я покажу тебе, что значит настоящая сила! Так, выстройтесь все передо мной. Кому говорят! Станьте передо мной в ровную линию!.. Смотри, Миттчел, что такое чистокровный волшебник!..
Карл лихорадочно думал: одно Круцио он ещё может вынести, но сразу несколько!.. Забрать боль не получится… Тогда надо отдать силы!.. Тёмный Лорд его хорошо научил! Это должно сработать!.. Им будет, конечно, больно, но не как от настоящего заклинания…
— Круцио! — величественно произнёс чистокровный волшебник.
Кто-то из детей скривился — словно от зубной боли…
— Круцио!..
— Круцио!..
— Круцио!..
Постепенно стоны детей становились громче, а голова сидящего на каменном полу юноши опускалась всё ниже. Из-за мраморной статуи на него смотрел старый ворон, вспоминая, как его сын пытался защитить людей от осколков взрывающихся снарядов…
На следующий день, встретившись с Карлом в столовой, Валери невесело усмехнулась: «Я же говорила, он этого не вынесет… Наверное, и заснуть не смог…»
— Плохо спал? — спросила она, садясь перед своим подносом с кашей.
— Хорошо, — ответил Карл и набросился на овсянку словно заключённый, неделю не видевший еды. Он и внешне напоминал узника: кожа посерела, под глазами легли фиолетовые тени.
— Оно и видно, — хмыкнула девушка, втыкая ложку в свою тарелку.
— Нет, правда, уснул, как только добрался до постели. Даже снов не видел.
— Зря ты мне про сны напомнил. Так не хочется тащиться к Трелони…
— А у меня первым уроком Уход за магическими существами, пойдём до Северной башни вместе!
— Пойдём-пойдём, — вздохнув, согласилась она.
Поступи Валери в Хогварст, как все остальные студенты, она бы и не подумала в погожий день, которые так редки осенью, сидеть на уроке и слушать всякий бред про сны, звёзды и магические кристаллы. Но Валери помнила, что попала сюда благодаря Карлу, а он не одобрял прогулки во время занятий. Хотя вчера сам куда-то сбежал с истории магии — после уроков она зашла за ним в класс, но его там не оказалось. Спросила у слизеринцев, где он — все будто в рот воды набрали. Только Патрик Миттчел в конце концов всё-таки снизошёл до разговора с грязнокровкой: сказал, что Кэрроу выгнал Карла с Защиты, и тот больше не возвращался.
«Вот бы и меня профессор Трелони выгнала», — мечтала она, поднимаясь по верёвочной лестнице на верхний этаж башни. — «Хотя надежды мало. Слишком уж она всех боится».
Помелькав перед преподавательницей — чтобы та запомнила её в качестве присутствовавшей на уроке — Валери забралась в узкое пространство между стеной и портьерой, служившее здесь чем-то вроде кладовой. Усевшись среди разбитых чашек, порванных ловцов снов и запасных магических шаров, она посмотрела на часы: прошло всего десять минут от занятия.
«Ладно, хотя бы высплюсь нормально», — решила Валери. Подобрав ноги, она укрылась валявшейся рядом восточной шалью и закрыла глаза.
Разбудили её громкие голоса — ученики прощались с преподавательницей и покидали класс.
«Пора и мне выбираться», — улыбнулась себе девушка. Она скинула шаль — и вдруг взгляд упал на большой хрустальный шар, лежащий рядом. Внутри него словно бегали огоньки.
«Солнечный свет отражается, наверное…» — подумала Валери, наклоняясь, — и замерла.
В хрустальной сердцевине шара показалась женщина. Она сидела спиной к Валери, поэтому невозможно было разглядеть лицо — только каштановые волосы, тяжёлыми локонами падающие на плечи. Женщина смотрела в такой же хрустальный шар — в нём отражался цветущий сад и двое спорящих людей. Валери присмотрелась и с удивлением узнала розовую аллею в парке возле Шармабатона. А спорящие оказались ею и Джейденом Ван Стратеном.
— Какого чёрта ты приезжала в Англию?
— Училась. Мадам Максим решила, нам нужно повысить уровень владения иностранными языками. Вчера была Англия, теперь готовимся к поездке в Испанию, — она показала учебники, которые держала в руках.
— Вижу, — проговорил Джейден сквозь зубы. — Как тебе хватило ума прийти к Малфоям?
— А что, нужно было у тебя спросить? — в её словах послышалась издёвка.
— Ты выбрала очень неудачное время играть в героиню.
— Я ни в кого не играю. Просто надоело ходить по музеям с одноклассницами и смотреть на мёртвые экспонаты. А Малфои — они ведь тоже как экспонаты, но только живые. Я расспросила Карла о замке, и Карл мне рассказал, ведь он мой друг!..
— Нашёлся тоже друг!..
— Какие мы были неуклюжие в своей любви друг к другу, — сказала склонившаяся над хрустальным шаром женщина, и Валери вдруг поняла, что это она сама.
Внутри шара снова забегали огоньки: женщина и сад исчезли. Но Валери продолжала поражённо смотреть в пространство перед собой.
Их диалог с Джейденом удивительно напоминал вчерашний разговор, вот только говорили они не перед Хогвартсом, а в Шармбатоне!.. Если бы она не ушла… Если бы она не ушла из своей школы, то осталась бы жива… Выросла и превратилась бы в эту женщину… Эта женщина была ею… Взрослой Валери… Почему-то она точно это знала…
«Может, все они правы?.. Может, я совершила ошибку?.. Получится ли у меня выжить здесь?..» — она вспомнила вчерашний урок маггловедения и поёжилась. — «А что если этой женщины никогда не будет?..»
Она раньше часто представляла, как заканчивает школу, становится взрослой и сильной… Но увиденная ею женщина отличалась от всех воображаемых Валери. Желая снова встретиться с этой незнакомкой, Валери склонилась над хрустальным шаром, но огоньки в нём уже погасли… И вдруг вспыхнули с новой силой.
Она увидела большой кабинет и директора надевающего на неё волшебную шляпу. Шляпа долго молчала, а потом зашептала тихим голосом, слышимым только Валери:
Валери отшатнулась. Ей уже почти удалось убедить себя, что этого не было, что она не слышала этих слов, что шляпа ничего не говорила!..
«Это всё ложь, ложь!.. И это пророчество, и эта женщина!.. Ничего этого не будет!..»
С трудом находя дорогу среди разбросанных вещей, она выбралась из-за портьеры и побежала к люку. Хрустальный шар медленно покатился за ней…
За ужином Карл так и не дождался Валери в столовой. Обед он пропустил, поэтому теперь волновался за неё. Но Тереза Марлоу сказала, что у Валери разболелась голова от благовоний в башне профессора Трелони и она ушла к себе. Так было даже лучше, иначе пришлось бы снова придумывать, почему он не может провести с ней вместе вечер: Карл хотел, насколько это возможно, сохранить свои вечерние наблюдения за классом Амикуса Кэрроу в тайне.
Доев скудный ужин (золотые подносы с разнообразной едой были отменены по распоряжению Министерства Магии в связи с грядущей войной), Карл посмотрел на преподавательский стол. Кэрроу кивнул сестре и откланялся.
«Значит, и мне пора», — подумал юноша, вставая.
В этот раз в класс для отработок вместе с Амикусом пришла Алекто. Слушая равнодушное, холодное «Круцио!..», снова и снова произносимое этой женщиной, Карл думал о том, что такого страшного могло произойти с её душой, чтобы теперь существо, предназначенное дарить миру новую жизнь, с наслаждением мучило зарождающиеся ростки этой жизни.