Резкий крик хозяина гостиницы выдернул парня из транса как раз в тот момент, когда он уже собирался шагнуть в сторону таинственного существа.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — Лилли дотронулась до него, задавая этот вопрос, однако он смахнул ее руку.
Сердце Кирина бешено колотилось, а ладони покрылись испариной. Нет. Он совсем не чувствовал себя хорошо. Однако он не собирался показывать ей, насколько был потрясен. Поэтому маг вошел в гостиницу и плотно закрыл собой дверь.
— Боюсь, что в темных уголках ночи скрывается опасная сила.
Лилли осмотрела комнату, а потом знаком показала ему следовать за ней. Их небольшой веселый отряд снимал три комнаты на втором этаже, и как только она стала подниматься по лестнице, оказалось, что эти комнаты были смежными. Достигнув второго пролета, они направились в комнату посередине. Членам отряда нравилось собираться здесь, когда они не спали. Постучав в дверь условленным стуком, она повернула ручку и открыла её. Не сделай она этого, ее бы ждала верная смерть. Отношение к шпионам и наемникам в их среде было серьезным. Все они не могли позволить себе иного.
Кирин вошел следом за Лилли и погрузился в ближайшее кресло. Остальные окружили их, ожидая услышать, что произошло. Взглянув в их лица, он не мог не признать, что они выглядели как сборище убийц и головорезов. Но когда замышляешь убийство короля, именно таких людей лучше иметь в тылу.
— Кирину стало плохо, когда мы вернулись в гостиницу.
Сняв свой походный плащ и бросив его на койку, девушка обернулась к ним. На ней были ее обычные черные кожаные бриджи и корсет. Этот наряд не просто выставлял напоказ ее женские прелести, а каким-то образом подчеркивал каждый изгиб ее тела. Она клялась, что носит его для отвлечения внимания и удобства. Хоть Кирин и понимал, что в юбках скакать верхом и сражаться было бы гораздо сложнее, он подозревал, что она носила брюки и корсет, чтобы сводить его с ума.
— Я не заболел.
Он наблюдал, как она провела пальцами по волнам своих серебряных волос. Именно по этой причине она вынуждена была носить плащ, когда они покидали пределы комнаты. По необходимости Лилли могла надеть и юбку или платье, однако с ее волосами ничего нельзя было поделать. Они были доказательством ее благородного происхождения.
Девушка пересекла комнату, стуча каблуками по деревянным доскам пола. Остановившись прямо перед ним, она присела так, что ее лицо оказалось на одном уровне с его.
— А выглядел больным.
Затем положила ладонь ему на лоб, будто обеспокоенная мать, но он поспешно отмахнулся от нее. Он не хотел, чтобы она к нему прикасалась таким образом.
— Что-то позвало меня из ночи. Дважды.
Она снова встала и отступила на шаг.
— Но никто не знает, что ты здесь.
— Я не сказал, что это был человек.
Девушка начала мерить комнату шагами, как всегда, когда задумывалась.
— Ты хочешь сказать, что тут замешана магия?
— Мы здесь не так давно, чтобы я был уверен. Может быть, усталость берет надо мной верх. Завтра до наступления темноты я буду знать наверняка.
Выследить другого мага обычно не составляло труда. Как и разделаться с ним. Но Кирин не мог припомнить, когда в последний раз другой колдун мог с ним соперничать.
— Если в городе есть другие маги, я удостоверюсь в том, что они не составят угрозы, когда ты выступишь против короля.
— Хорошо. — Она пересекла комнату и села на край кровати. — Я бы не удивилась, если бы мой ублюдок-отчим заручился поддержкой ведьмы.
Кирин почувствовал было, что его грудь сжало от обиды, но заставил себя расслабиться. Он наслушался достаточно оскорбительных намеков за свою жизнь, чтобы они перестали его беспокоить. Кроме случаев, когда их высказывала она. Хоть она и говорила не о нем, его это сильно задевало.
— Ты уверен, что с тобой все в порядке?
Он поднял на нее глаза и увидел, что девушка внимательно изучает его.
— Да, со мной все хорошо. — Он отмахнулся от боли и заставил мысли вернуться к текущей проблеме. — Я просто думал о колдовавшем.
Если его подозрения были верны, то они столкнулись с чем-то более могущественным, чем ведьма. Призыв был слишком чарующим, чтобы принадлежать простому человеку, практикующему магию. Если бы от него потребовали ответа, он бы поставил монету на то, что это колдунья или сирена.
Однако он не хотел говорить об этом Лилли, пока не был бы уверен. Не было смысла волновать ее догадками. Она и так выглядела устало и подавленно. Не удивительно после того, чему она стала свидетелем этим вечером.