Гостей, а не гостью, ибо когда мадам Жанна впорхнула в комнату в своём розовом парчовом платье, то её сопровождала фигура человека, появление которого вначале удивило, а потом привело в восторг хозяина. Это был «Великий кофта» собственной персоной. Но пришёл он, конечно, не по личной инициативе. Дело в том, что днём у него состоялась встреча с графиней, и в ходе дружеской беседы маг недвусмысленно выразил свои намерения.
Всё происходило в маленьком домике в предместье Сен-Антуан, где Калиостро неожиданно появился утром, когда Жанна сидела у себя в очаровательном неглиже, проверяя счета в маленькой книжке в атласном переплёте, украшенной по углам большими жемчужинами. Эта книжка казалась слишком элегантной и дорогостоящей для такой прозаической вещи, как простые цифры. Но разве не должны привлекательно выглядеть записи благотворительности кардинала, будущего министра двора его величества? Некоторое время назад королева в одном из своих писем, переданных через Жанну, снизошла до просьбы к кардиналу помочь немного в благотворительной деятельности. Вполне естественное и весьма похвальное движение души, на которое он с радостью и с привычной для него щедростью ответил. В книжке хранился полный список всех его деяний.
Глядя на цифру, графиня даже почувствовала лёгкую дрожь. Большую часть этой суммы составляла арендная плата за её домик. А куда ещё с большей пользой можно направить деньги, выделенные на благотворительные цели? Роскошное бело-розовое нижнее бельё, плотно, облегающее её точёную фигурку, она приобрела тоже на деньги из этого источника, а также атласные туфельки с блестящими застёжками. Это был её личный счёт. Никто об этом ничего не знал — ни муж, ни Вилетт.
Жанна настолько была поглощена подсчётами, что ничего не слышала, пока в комнату не вошла Финетт, ведя за собой «Великого кофту» в современном модном костюме.
— Мадам, ваш покорный слуга. Как приятно, однако, видеть такую даму, как вы, за работой, когда другие женщины нежатся в этот час в кровати и попивают горячий шоколад. Я отсюда вижу, что это за книга. Вас, насколько я понимаю, очень интересуют цифры.
Жанна, покраснев, быстро захлопнула книжку.
— Но не в этом заключается цель моего визита, — продолжал граф, устраиваясь поудобнее на стуле. — Так как мы здесь одни, то не мешкая можем перейти к делу. С того самого вечера, когда я с вашей племянницей консультировался у Высших таинственных сил от вашего имени и имени монсеньора кардинала по поводу его грядущей судьбы, я неоднократно слышал как от него самого, так и от других, что он передал мне маленький счёт на пятьдесят луидоров за оказанные услуги. Вы грациозно вложили эту бумажку мне в руку и запечатлели на моей щеке поцелуй. Я, конечно, был этим весьма польщён, но такая подачка меня отнюдь не удовлетворила.
— Месье, но ведь вы просили за свои услуги именно такую сумму, — твёрдо сказала Жанна. В его тоне она чувствовала скрытую угрозу, но быстро взяла себя в руки и решила ни в чём не уступать. — То, что вы просили, я заплатила, и дело с концом. Хотя, конечно, я всегда готова вам услужить, помочь в осуществлении ваших высоких замыслов на благо всего человечества.
— С концом, говорите? Мадам, вы, однако, ни словом не обмолвились о важности связанных с этим дел. Неужели вы на самом деле искренне считали, что такой мозг, как у меня, не сможет догадаться о сути тех «ключей», что содержались в ответах, которые я должен был дать кардиналу? Думаете, мне неизвестно, кто такая «почтенная женщина, заслуживающая быть величайшей»? О какой «благодарности великой дамы» шла речь? Молчите? Я-то знаю.
Жанна ещё больше побледнела и вся напряглась, но промолчала. Пусть её противник откроет все карты.
— Ну, а подвиг мужества и самопожертвования, который должен снискать славу и честь монсеньору? Неужели вы считали, мадам, что человек, который мне всегда доверял, советовался, обсуждал свои планы, вдруг лишит меня доверия? Нет, вы жестоко ошиблись. Он говорил мне всё, рассказывал о своих надеждах, упованиях и страхах. Ещё тогда, в любой момент я запросто мог разорвать всю сотканную вами сеть.