Мой клитор пульсировал, его губы сомкнулись на нем, и он начал нежно посасывать.
Его рука подобралась к соску, и он мягко сжал твердую вершину большим и указательным пальцами.
Я застонала громче, приближаясь к взрывному оргазму.
Я вцепилась в гладкие, как атлас, волосы Бена, мои ноги неконтролируемо дергались вокруг его головы.
Внезапно интенсивные волны прокатились по телу, затопляя все мое существо удовольствием.
Я застонала, и слезы брызнули из глаз, пока его язык работал над моим трепещущим клитором.
Я мягко оттолкнула его, и его губы переместились на мой живот. Он навис надо мной и нахмурился, заметив влажные глаза:
— Детка, что случилось, почему ты плачешь?
Я притянула его лицо к своему и крепко поцеловала в губы.
Мой язык эротично скользнул по его нижней губе.
Было так много всего, что я хотела бы сказать, но не могла.
Я была так благодарна, что он вернул мне веру в любовь и мог дарить такое наслаждение.
Я прошептала:
— Я в порядке, это было чудесно, Бен.
Улыбка преобразила его красивое лицо.
Моя рука потянулась к его твердому члену — не такому массивному, как у Ксавьера, но достаточно большому, чтобы доставить мне нереальное удовольствие.
Я провела рукой по длине его стояка, и он застонал:
— Ох, детка…
Я направила его член к своему мокрому входу, он крякнул и нежно вошел в меня.
Его тело дрожало над моим, когда он удобно устроился внутри.
Он уперся руками по обе стороны от меня и начал мягко входить и выходить из моей влажной киски.
Я громко стонала, моя киска все еще пульсировала после оргазма.
Я приподняла бедра, мягко встречая его толчки.
Его бедра задвигались быстрее, я вцепилась в его поясницу, стонала и сосала кожу на его шее.
Его грудь эротично терлась о мои соски, и я обвила ногами его талию.
Бен застонал и погрузился в меня глубже.
Моя киска хлюпала от влаги, и вдруг он дернулся и замер:
— О боже, ох!
Его теплая сперма брызнула глубоко в меня, и я почувствовала, как его член пульсирует от удовольствия.
Его губы снова нашли мои, влажные и мягкие.
— Я так люблю тебя, детка. Ты сделала меня сегодня самым счастливым мужчиной на Земле.
Его губы переместились на мою щеку, и он осторожно вытащил член.
Я нырнула в его объятия и прижалась щекой к его щеке.
Наши сердца колотились в унисон, и я на мгновение закрыла глаза.
— Я тоже тебя люблю, Бенджамин Стюарт.
Глава 5
Спина ощущала тепло груди Бена, наши пальцы переплелись.
Сейчас я была так счастлива, так надежно укрыта от уродливого мира.
Просто не верилось, насколько отвратительными были выходные с Ксавьером на ферме по сравнению с тем, как хорошо все может быть теперь.
Бен поднял мою руку, и маленький бриллиант сверкнул в полумраке комнаты.
— Как думаешь, я понравлюсь твоему отцу, Клео?
Мое сердце замерло от этого вопроса, и я была благодарна, что он не видит моего лица.
Я пожала плечами и продолжила гладить его пальцы:
— Какая разница, Бен, понравишься ты ему или нет, это не имеет значения.
Он поцеловал меня в затылок, и я знала, что он скажет, еще до того, как он произнес:
— Но для меня это имеет значение, Клео. Я хочу, чтобы он знал, что я люблю тебя и намерен делать тебя счастливой до конца наших дней. Я хочу, чтобы я ему понравился.
Я молчала, и Бен легонько подтолкнул меня:
— Ты ведь рассказала ему о нас, правда?
В горле пересохло, но я ответила быстро:
— Конечно, рассказала, Бен, что за нелепый вопрос.
Я рассмеялась своим самым фальшивым смехом.
Его объятия стали крепче.
— Ну тогда отлично, детка. Теперь мне осталось только встретиться с ним и завоевать его расположение.
Глаза обожгло слезами, а воображение нарисовало красивое, но жестокое лицо Ксавьера.
Ксавьер никого не любил, он любил только меня.
Он был одержим мной с тех пор, как я была маленькой девочкой, и никогда бы не одобрил Бена, если бы только узнал.
Я переплела свои пальцы с пальцами Бена и сморгнула подступившие слезы, думая о несправедливости всего этого.
Я попыталась отговорить Бена, насколько могла:
— Милый, я знаю, что ты рос сиротой и семья для тебя значит все, но мой отец не такой, как другие отцы. Он тяжелый человек, и я не хочу, чтобы ты лез из кожи вон, пытаясь ему угодить ради меня. Я просто думаю, что я стану всей той семьей, которая тебе нужна, а ты будешь моей.
В этот момент я повернулась к нему, и он убрал волосы с моего лба.