Они знают. Эта мысль ударила с новой силой, заставив сердце бешено заколотиться.
Они знают, где я была. Кем притворялась. Что чуть не набросилась на них у реки. Они видели меня грязной, испуганной «Грушей» – развращенной собственными желаниями.
Ужас сдавил горло.
Теперь я точно завтра не смогу появиться перед ними на официальной встрече.
Не смогу стоять в короне и парче, делать реверанс, ловить их оценивающие взгляды. Они знают правду. И эта правда была ужасна. Кому нужна такая невеста? Которая шастает по злачным трактирам, попадает в переделки с Вепрями, падает в обморок у ворот и… и желает мужчин с первобытной силой?
Сначала это осознание вызвало волну леденящего стыда и отчаяния. Я хотела провалиться сквозь землю. Прямо сейчас. Прямо из рук Дантеса.
Но потом… потом случился странный переворот. Как будто цепь, сковывавшая меня годами – цепь страха, условностей, королевского долга – лопнула. Если они уже знают самое худшее… если они уже видели меня на дне… то что мне терять? Завтра они наверняка откажутся. И будут правы. Но почему бы не воспользоваться последним шансом? Шансом не на брак, а на… исполнение того самого темного, разгулявшегося внутри демона? Шансом соблазнить их? Обоих? Здесь и сейчас? Пока они еще не ушли, пока я еще в их руках?
Мы миновали ворота и углубились в лабиринт узких служебных коридоров замка – тех самых, по которым я бежала с Элоизой вчерашним вечером. Здесь пахло мылом, влажным камнем и жаром кухонь. Ни души. Дантес шел уверенно, его шаги были легкими, несмотря на мою ношу. Я почувствовала его тепло сквозь ткань рубахи, силу его рук. И мой демон проснулся с новой силой.
Я повернула голову, мои губы оказались совсем рядом с его ухом, скрытым под светлыми прядями волос.
– Вы можете… меня отпустить, – прошептала я, и в моем голосе не было прежней слабости. Был вызов. – Я могу идти сама.
Он посмотрел на меня с неким озорством, смешанным с удивлением.
– Не отпущу, – ответил он так же тихо, но твердо. – Мало ли что. Опять упадешь.
– Тогда я буду вас обнимать, – пригрозила я ему шепотом, уже не в шутку, а в самую что ни на есть серьезную игру. – И целовать. Прямо здесь. Пока вы несете меня.
Он замер на полшага. Потом уголки его губ дрогнули в едва уловимой улыбке.
– А давай, – прошептал он в ответ, и в его голосе было то же дикое любопытство, что горело во мне. Вызов принят.
Я не заставила себя ждать. Я обвила его за шею руками. Сначала мои губы коснулись его мускулистой шеи. Я почувствовала, как он вздрогнул. Потом прикусила мочку уха, как делала это в самых смелых фантазиях.
Он издал тихий, похожий на рычание звук. И тогда я нашла его теплые губы, невероятно живые и отзывчивые. Я впилась в них, забыв о стыде, о замке, о завтрашнем дне. О том, что мы идем по коридору, где в любой момент может появиться служанка или повар.
Дантес отвечал мне с такой же яростью. Его губы были жаждущими, требовательными. Он не остановился, не отстранился. Он нес меня дальше, но теперь его шаги стали менее уверенными. Он спотыкался на поворотах, прижимал меня к стене, чтобы не уронить, и все это время его рот не отпускал мой.
Это был поцелуй не принца и принцессы. Это был поцелуй двух дикарей, нашедших друг друга в джунглях. Его рука, поддерживавшая меня под коленями, скользнула выше, под грубое полотно моего платья «Груши». Его пальцы, коснулись моей кожи выше колена.
Я вздрогнула, прижалась сильнее.
Его пальцы двигались вверх по внутренней стороне бедра, исследуя, утверждая. Они нашли то, что искали – влажную, пылающую готовность.
Он не удивился. Он понял.
Его палец властно скользнул внутрь. Я коротко вскрикнула – сокрушительной волны наслаждения, смешанной с диким стыдом и триумфом.
Он знает. Он знает, какая я.
– Сюда, – прошептала я, задыхаясь, указывая на знакомую резную дверь в стене. Кладовая для сезонного белья. Та самая. Где Элоиза и капитан… Где начинался этот безумный путь.
Лучше конечно в моих покоях, но я боялась, что нам помешает прислуга.
Дантес толкнул дверь плечом. Она подалась с привычным скрипом. За ним шагнул Дариус, его лицо было непроницаемой маской, но глаза горели тем же угольным огнем, что и у реки. Он уже расшнуровывал свои походные штаны.
– Дантес, – прошипел Дариус, – я обещал капитану Элрону доставить ее в замок в целости и сохранности.