– Прекрасно, Мартин прав, дева необычная, на аукционе её высоко оценят, – сказал надменный мужской голос.
Подняла голову, пытаясь разглядеть говорившего. Передо мной возвышался воин хашури, мощное развитое тело, покрытое жёсткою шерстью. Его одежда состояла лишь из кожаных ремней, переплетённых на торсе и куска кожи, прикрывающий мужское достоинство. За спиной торчали рукоятки сабель, на поясе висели ножны для огромного тесака.
Отличительным знаком был круглый медальон из золота на толстой цепи, в центр, которого вставлен здоровенный красный камень, напоминающий рубин. Грозный, опасный и отвратительный на вид монстр! Обезьянье лицо не выражало эмоций, только глаза выдавали любопытство.
Говорить с ним желания не возникло, но меня услышанное ранее имя, полоснуло по сердцу сильнее ножа.
– Вас прислал Мартин? – спросила сипло, голос от страха дрожал.
– Скорей, отдал мне долг, – ухмыльнувшись, ответил вожак, а потом добавил, обращаясь к своим воинам: – Грузите её в клетку. Скоро восход, нужно уходить, убить всех, свидетели нам не нужны.
Сильные волосатые руки схватили меня и, перекинув через плечо, куда-то понесли. Вновь услышала крики бедных постояльцев и женский крик дочери хозяина, вскинула голову, упираясь руками в спину врага. Вокруг творился ад, звери в человеческом обличье безжалостно кромсали всех, кто попадался им под руку.
Огромные быки с мохнатой длиной шерстью, сносили постройки, вспарывали лошадям брюхо, топтали хозяйских собак и кур. Я никогда не видела такой жестокости, и ужас переполнял мою душу, заставляя истошно кричать. Чувствовала каждое живое существо в этом хаосе, их боль, страх, безысходность, глупую отвагу и желание выжить…
Этот калейдоскоп звуков, эмоций, видений, переполнили меня настолько, что сознание уплыло, погружая меня в темноту и давая облегчение.
Примечание*:
Сварх тем* – остановись.(на языке хашури)
9 глава
Меня действительно бросили в клетку с железными прутьями и закрыли на замок. Сверху накрыли тканью, скрывая мир от взгляда. Может, оно и к лучшему, чтобы я не видела весь ужас расправы над бедными людьми, которые ни в чём не виноваты. Они просто оказались не в том месте, не в то время.
Сейчас мои мысли были обращены к Марии, которая отдала за меня жизнь, пытаясь защитить. Она оказалась такой отважной и храброй, с добрым, отзывчивым сердцем. Бедная женщина, не повстречай она меня, жила бы себе мирно ещё много лет. Её смерть на моей совести, как и смерть этих несчастных людей на постоялом дворе.
Вновь посмотрела на свою ладонь, где резаная рана уже не кровоточила и медленно затягивалась. Что происходит? Откуда у меня синяя кровь и почему раны затягиваются так быстро? «Необычная дева, диковинка…», вспомнила слова Мартина. Он ещё при первой встрече, понял это, потому и укрыл меня пледом, чтобы охотники не заметили цвета крови на моих ступнях. Хитрец, ничего не скажешь, и ведь выжил засранец, хотя я бы предпочла обратное. Эх, Мария, отважная моя попутчица, жаль, что наш путь оказался таким коротким…
Телега тронулась и медленно покатилась по дороге. Я слышала голоса врагов, но не понимала значения слов, моя душа скорбела по умершим, заставляя погружаться в тоску. Сейчас не желала думать, что ждёт меня дальше, всё равно ничего не изменить. Хашури оказались действительно жестоки, как и предупреждала Мария. Эта раса обезьян с человеческими телами, внушала страх одним только видом. Не хотела бы встретиться с ними на поле боя.
По некоторым фразам, брошенным ими ещё на постоялом дворе, поняла, они пришли сюда именно за мной и им абсолютно плевать, что эти земли принадлежат королю. Захватчики, которые не считаются с другими расами и уверены, что все земли должны принадлежать только им. В голове крутилась беспокойная мысль: «Они пришли за мной, но зачем? Какую ценность я могу представлять для монстров? Скорей всего это банальная нажива. Почему кровь моя вдруг стала синяя, может болезнь какая в теле? От этого волосы поседеть могли и кожа побледнеть».
Эти умозаключения ещё больше повергли меня в панику. Здесь же нет врачей и хорошей медицины, кто сможет меня вылечить? Да, мне срочно нужно вернуться домой, главное — вспомнить, где этот чёртов дом!
Скрутившись калачиком, пребывала в полном оцепенении, отключившись от звуков окружающего мира и погружаясь в тяжёлые мысли. Тряпка на клетке не позволяла видеть, где мы сейчас находимся, но и интереса особого не возникало. Именно сейчас я очень хорошо осознала, что любая сторона в этом мире для меня будет являться тюрьмой.