– Это что, птеродактиль? – прошептала в изумлении, не веря глазам, а когда смысл сказанного дошёл до сознания, я заорала от страха что есть мочи. – А-а-а-а-а!
Чудовище среагировало моментально, начав пикировку прямиком на меня. Придя в ужас, я отскочила от прутьев и распростёрлась на полу, чтобы спастись от лап хищника. Мощные когти сомкнулись на прутьях клетки, а потом подняли в воздух меня вместе с клеткой, телегой и быком.
– Помогите! – заорала не своим голосом от страха, подползая к краю клетки и хватаясь за прутья, чтобы меня не бросало из стороны в сторону.
Увидела, как бедный бык, полетел вниз вместе с направляющими палками, к которым был пристёгнут ремнями. Мне было страшно смотреть вверх, но я слышала дыхание зверя, его мощные крылья разрезали воздух со свистом, словно лезвие.
Мне конец! Он отнесёт меня в горы, а потом сожрёт, растерзав на куски! Страшнее смерти и не придумаешь!
Вдруг снизу раздался мощный залп, что-то просвистело совсем рядом с телегой, и пробило кожистое крыло чудовища. От неожиданности и боли птеродактиль разжал когти, и я, вместе с телегой полетела вниз, готовясь разбиться в лепёшку о землю. Удар был жёстким, но вода смягчила падение. Меня подбросило вверх, ударяя о прутья, а потом кинуло на пол, обдавая ледяной водой.
Телегу понесло по горной реке, кидая из стороны в сторону от валуна к валуну. Я хваталась за прутья из последних сил, мокрая насквозь, захлёбываясь от брызг. Вода мешала дышать, заливаясь в нос, глаза, горло. Не знаю, что было страшней всего, умереть в когтях той твари и разбиться о камни в реке.
В какой-то момент телега зацепилась колесом за валун и остановилась, давая мне передышку и надежду на спасение, пусть маленькую, призрачную, но всё же. Но поток был настолько мощным, что телегу развернуло на сто восемьдесят градусов и вновь потащило вперёд, туда, где яростно шумел водопад. Ужас сковал моё тело и душу, неизбежная смерть приближалась стремительно!
Вдруг прямо перед телегой оказался здоровенный бык, на котором сидел Шакар. Телега упёрлась бочиной в животное, пытаясь его спихнуть и освободить дорогу. Вожак не терял времени, он буквально вырвал дверцу клетки, потом схватил меня за шиворот и перекинув через спину быка, крикнул:
– Ахат миго!*
Быку не пришлось повторять дважды, он рванул к берегу, освобождая дорогу телеге, которая стремительно понеслась к пропасти. Через секунду мы уже стояли на другом берегу реки. Меня подняли и развернув, посадили лицом к себе. Шакар заглянул в глаза обеспокоенно.
– Цела? – коротко спросил вожак.
Всё моё тело тряслось в лихорадке то ли от пережитого страха, то ли от ледяной воды, в которой я искупалась. Я лишь кивнула в ответ, не в силах произнести ни слова.
– Прижмись ко мне, чтобы согреться, – предложил он.
Бросила на него испуганный взгляд и мотнула отрицательно головой.
– Зря, моё тело горячее, тебе будет хорошо, – буркнул Шакар, потом обернулся к своим воинам, ждавшим на другом берегу реки, и крикнул: – Ктаре син, вере ми обидон!*
Получив от воинов знак, что они всё поняли, он посмотрел на меня с ухмылкой.
– Тебе всё же придётся ко мне прижаться, а иначе свалишься, – проговорил он, потом перевернул меня спиной к себе, сажая вплотную, и направил быка вперёд. Его тело и правда оказалось горячим, как печка. Решила не сопротивляться, сейчас действительно нужно согреться, а иначе простуда свалит с ног.
– Что… ты… им… ска…зал? – стуча зубами, спросила я.
– Чтобы шли к ущелью, мы их догоним, – ответил Шакар, придерживая меня своей ручищей, за талию.
Довольно быстро яркое солнце высушило одежду, а я согрелась, и теперь ничто не мешало разглядывать окружающий меня ландшафт. О близости вожака старалась не думать, предпочитая считать, что это вынужденная мера.
– Почему вы замерли, когда увидели чудовище? – решила прояснить этот момент на будущее. Не хотелось вновь попасть в такую же заварушку.
– Карханум* видит только движущиеся цели, если бы ты не шевелилась, он просто улетел бы, – ответил вожак на полном серьёзе.
– Ты забыл предупредить меня об этом, – буркнула возмущённо, – твой язык для меня чужд, забыл?
– Точно, забыл, – проговорил Шакар, но извиняться и не подумал.
В принципе я и не ждала от него такой галантности.
– Карханум, ну и названьице, – продолжила рассуждать вслух, чтобы не думать о пережитом ужасе. – У нас такое существо зовётся Птеродактиль.
– Птеро… что? – переспросил вожак, а потом загоготал таким басистым смехом, что мне пришлось закрыть уши руками, чтобы не оглохнуть. – Твоё название глупое! – наконец констатировал он. – И совсем не подходит этому животному.