Хозяин дома окинул нас пристальным взглядом и, не сказав ни слова, отошёл в сторону, пропуская внутрь. Пройдя тёмный предбанник, мы оказались в большой комнате, где стояла деревенская печь, длинный деревянный стол и скамья, а ещё здесь вкусно пахло едой. Мой желудок жалобно заурчал, напоминая, что совершенно пуст.
Гектор усадил меня на скамью возле стены, и я блаженно вытянула ноги вперёд, позволяя отдохнуть мышцам. Хозяин дома наблюдал за мной с интересом, кажется, подмечая любые детали. Особенно его взгляд задержался на моих бедных ступнях, сбитых в кровь.
– Мария, принеси плед и укрой бедняжку, – приказал он женщине, которая всё это время стояла в тени.
Она тут же исполнила волю хозяина, и через минуту я была заботливо укутана в тёплый плед с ног до головы.
– Кто такая? – наконец, спросил хозяин, повернувшись к Итану.
– Выловили из реки, – ответил бородач, – она немая, так что кто такая не знаем.
– И зачем вы притащили её сюда? – поинтересовался Мартин, вскинув вопросительно бровь.
– Мы хотим выставить её на аукцион, – вместо друга уверенно ответил Гектор. – Девка ладная, нужно только немного подлечить.
– Я порченый товар не беру, – состроив недовольную гримасу, проговорил мужчина, – чумазая, в ссадинах и кровоподтёках вся, да ещё и ноги все битые. Это лишние траты и время. А ещё, небось, попользовали её в удовольствие? – спросил он, хитро щурясь и глядя на мужиков проницательно.
Я покраснела от такого заявления и хотела возмутиться, но, кроме мычания, ничего не смогла сказать.
– И пальцем не тронули! – тут же возмутился Итан и, скрестив два пальца правой руки, добавил: – Клянусь святыми костями предков!
– Она явно не из низшего сословия, скорей всего дочь богатеев, – вновь встрял в разговор Гектор, – а синяки можно быстро свести, ты же это умеешь.
– И с чего такие выводы про её сословие? – скептически поинтересовался Мартин, глядя на меня с пренебрежением.
– Посмотри на её кожу, гладкая, как у младенца, руки нежные без мозолей, лицо с тонкими чертами, не то что у местных кухарок, зубы белые, – продолжил расхваливать мои достоинства Гектор, и я вновь почувствовала себя товаром, который выбирают на рынке.
Хозяин дома не торопился с ответом, он задумчиво потирал подбородок, пристально разглядывая меня и прикидывая в уме, стоит ли принять в этой авантюре участие. Я сидела тихо, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги вперёд, мечтая только о горячей ванне и еде. Желудок вновь жалобно заурчал, настойчиво требуя пищи.
Мартин подошёл ко мне, заставляя напрячься, и испуганно уставится на мужчину. Наклонившись к моему лицу, он принялся оценивающе разглядывать его, потом протянул руку и коснулся моих волос, провёл по щеке тыльной стороной ладони, потом большим пальцем провёл по губам, слегка раздвигая их и осматривая зубы.
– Мордашка и впрямь ничего, и зубы вроде целы, – заявил он со знанием дела. – А что у нас с телом?
Я попыталась воспротивиться наглому осмотру, но мужчина что-то шепнул тихо, и я замерла, не в силах пошевелить даже пальцем. Его рука потянулась вниз, отодвигая плед и ложась на мою грудь. Он сжал её пару раз, потом поймал пальцами сосок и потёр его, заставляя напрячься.
– Упругая, красивая, правда маловата немного, – вновь констатировал он, улыбнувшись мне хитро.
Смотрела на него с негодованием и ненавистью, но мужчину это не остановило. Он продолжил осмотр, опустив руку к моему животу, погладив его круговым движением, направился ещё ниже. Я сжала бёдра изо всех сил, не позволяя мужской руке проникнуть глубже. «Пусти», — потребовал мужчина тихо, но я сжала зубы до хруста, не позволяя себе подчинится ему. В груди проснулась злость, уставилась на него с вызовом, не желая сдаваться без боя. Мартин тихо рассмеялся и, наконец, убрал свою руку от меня и щёлкнул пальцами. Наваждение спало, и я смогла пошевелиться, тут же вновь кутаясь в плед.
– Тело в хорошей форме, мышцы рабочие, а вот ступни вы ей изрядно попортили, плохо, если шрамы останутся.