– Да какие шрамы, там лишь кожа стёрта, за неделю заживёт! – тут же возмутился Итан, нервно дёрнув головой.
– Дева строптивая, это хорошо, король таких любит, – проговорил Мартин, теряя ко мне интерес и поворачиваясь к мужчинам. – Ладно, оставляйте, попробую привести её в порядок.
– Но мы хотели выставить её на аукцион, – заявил упрямо Гектор, недовольно хмурясь.
– Сначала я должен предложить её королю Хеймэру, таков уговор, – ответил Мартин довольно резко. – Если он откажется от девы, тогда можно и на аукцион выставить.
– А деньги? – встрепенулся Итан, нервно переминаясь с ноги на ногу.
– А деньги получите после решения короля, – парировал хозяин дома деловым тоном, – ваши тридцать процентов от сделки.
– Пятьдесят, не меньше! – крикнул Гектар, глядя на мужчину с вызовом.
– Тридцать, не больше, – спокойно повторил Мартин. – Вы лишь нашли её и привезли ко мне, а всё остальное придётся делать мне, в порядок её приводить, лечить, одевать. Или вы думаете, что я в таком виде её отведу к королю?
Мужики переглянулись и сразу как-то сникли, понимая, что спорить бесполезно.
– Ладно, тридцать так тридцать, – пробормотал раздосадованно Гектор, махнув рукой.
– Я сообщу, когда сделка будет совершена, – устало проговорил Мартин, – а теперь уходите, мне нужно заняться девушкой.
Охотники, недовольно ворча, отправились к двери. Гектор бросил на меня прощальный взгляд, в котором сквозило сожаление, но оно не относилось ко мне, лишь к тому, что мужчина так и не удовлетворил свою сексуальную фантазию. Итан же даже не обернулся, ему было плевать на девицу, выловленную из реки, все его мысли занимали только деньги.
Как только дверь за гостями закрылась, Мартин повернулся ко мне и улыбнувшись добродушно, спросил:
– Есть хочешь?
Я сначала опешила от такой резкой перемены, но всё же кивнула, давно уже глотая голодную слюну. Хозяин дома подошёл к шкафу, открыл его и достал буханку, отрезал ножом большой ломоть, потом развернул бумагу, в которой лежало вяленое мясо. Нарезав тонко несколько кусков, мужчина положил их на хлеб и, вернувшись ко мне, протянул бутерброд.
– Ешь, а Мария, пока обработает тебе ступни.
Пропустила мимо ушей, о чём он говорит, все мысли сосредоточились только на еде и приятном аромате, идущем от хлеба с мясом. Уговаривать меня не пришлось, с жадностью набросилась на еду, забывая обо всё на свете.
Мария тем временем принесла таз и кувшин воды. Опустив мои больные ступни в таз, она ополоснула их водой, которая почему-то окрасилась в насыщенный синий цвет. Я даже не поморщилась, ощущая жжение от воды, оказывается голод хуже боли и сейчас, весь мой организм был сосредоточен на восполнении сил.
«Может это у них свойство воды такое?» – пронеслась странная мысль в голове и тут же улетучилась.
Женщина аккуратно промокнула мои ноги тряпицей, запачкав её тёмной кровью.
– Покажи тряпку, – потребовал хозяин дома, и женщина тут же выполнила его приказ.
Он покрутил вещь с моей кровью перед носом, потом понюхал и довольно хмыкнул.
– Откуда же ты такая диковинная взялась? – спросил он, посмотрев на меня с интересом.
Я подняла на мужчину взгляд, потом посмотрела на тряпку в его руках и безразлично пожала плечами. Ответить всё равно не могла, а на жесты сил не было. Пусть думает что хочет.
Мартин принёс из другой комнаты какую-то баночку с мазью и передал служанке. Та осторожно открыла её, пальцем зачерпнула немного мази и нанесла на мои ступни. Почувствовала лёгкий холодок, приносящий ногам облегчение от жгучей боли. Когда я доела второй бутерброд, мои ноги были уже забинтованы. Также Мария смазала мне багровые подтёки на руках и завязала на них тряпичные бинты. Хозяин дома предложил мне кружку с водой, и я благодарно кивнула, принимая её.
Мужчина смотрел на меня со снисходительной улыбкой, словно наблюдал за диким зверьком, которого вдруг решил покормить. Насыщение пришло довольно быстро, а вместе с ним навалилась и усталость, захватывая всё тело в ленивый плен. Нестерпимо захотелось спать, и веки сами собой закрылись, не оставляя шанса на борьбу…
4 глава
Время словно остановилось, никто меня не тревожил, позволяя выспаться вдоволь. Глаза открылись сами, когда мозг дал команду. Уставилась на деревянный потолок, покрытый тёмной морилкой. Не сразу вспомнила, где нахожусь, мысли лениво ворочались в голове, показывая картинки недавнего прошлого. В какой-то момент я даже решила, что это всё ещё сон и нужно просто проснуться.
Вновь закрыла глаза, полежала немного и снова открыла, вокруг ничего не изменилось. Тогда ущипнула себя, больно, ещё раз убеждаясь, что не сплю. По-прежнему не помнила своего прошлого, и это начинало пугать уже по-настоящему. Неужели память безвозвратно утеряна, и я никогда не узнаю, кто я такая?! Как жить, если не знаешь своих корней, не помнишь родителей и друзей? Одна среди чужих, и помощи просить не у кого…