— Адепт воздержания — сейчас перед тобой! У меня не было секса уже больше года! — я не стала упоминать про те пару раз, когда нам с Эйданом позволили остаться наедине в комнате для свиданий.
— Что? Ты шутишь? Это невозможно! — Райан был в шоке. Я вздохнула.
— Да, поэтому решила не рисковать твоими отношениями, и не стала ничего репетировать вчера на балконе. Я не совсем уверена в себе сейчас, понимаешь, о чем я?! — было приятно ему сознаться. Он действительно должен был знать, что рядом с ним «бомба, замедленного действия».
— Но ты ведь сказала, что у тебя есть парень? Я ничего не понимаю.
— Да, мой парень сейчас сидит в тюрьме… но скоро он выйдет и мы снова будем вместе.
— Ох, ничего себе… Представляю какого тебе сейчас, вернее, даже не представляю… — партнер до сих пор был шокирован.
— Да, нам обоим не просто… — я смущенно улыбнулась.
— Твоему парню безумно повезло.
— Ты не знаешь всей нашей истории… Я виню себя, за то, что с ним произошло…
— Если ты проделаешь с ним то, что делала со мной несколько минут назад, то у вас сразу все станет прекрасно! — он подмигнул, одаривая своей белозубой улыбкой.
— Твоей девушке тоже повезло… Ты… — но крики режиссера и топот ног ребят из съемочной бригады не дали нам договорить. Райан шепнул.
— Ну, что, снова друзья?
— Конечно. — Я заглянула ему в глаза, и увидела в них что-то иное. Ни один из моих друзей на меня так не смотрел. Это был какой-то новый уровень дружбы. Но времени обдумать все это уже не осталось. Мы вновь приступили к съемкам первого поцелуя наших героев, и на этот раз, все получилось с первого дубля.
Когда я вернулась домой, то даже не чувствовала усталости. Этот съемочный день был особенным. Я больше не боялась играть «любовь» с Райаном. Поняла, что, в общем-то, смогу сыграть все, что угодно, и с кем угодно. Приняла душ, натянула пижаму и вышла на балкон. Он уже сидел на своем кресле около стеклянной перегородки, сжимая в руках бутылку шампанского и два бокала. Я не смогла сдержать улыбки. Знала, что увижу его, и какое-то странное бессознательное чувство тянуло меня на этот балкон. Это напоминало романтик, которого у меня давным-давно не было.
— Предлагаю отметить наши первые совместные съемки! Мне кажется, мы сработались! — Райан подмигнул, а затем откупорил бутылку, даже не услышав мой ответ. — Шампанское, сурок! — сказал, протягивая мне бокал, заполненный до краев.
— Сейчас я тебе покажу, какой я сурок. — залпом опустошила свой бокал и мило улыбнулась. — Стоило признаться, что у меня давно не было мужчины, как ты решил меня подпоить?!
— Сурок, полегче, столько вопросов?! — он удобно расположился в своем кресле, потягивая шампанское. На этот раз смотрел на меня задумчиво, и даже как-то смущенно, и от улыбки на его щеках то и дело появлялись ямочки.
Райан был одет в простую синюю футболку и черное трико, но даже в этой домашней одежде выглядел как альфа-самец. Под обтягивающей тканью бугрились мышцы, и было трудно заставить себя не пялиться. Спасибо, что сегодня он вообще надел футболку, вчера мне повезло меньше.
— Может быть, хоть расскажешь о себе что-нибудь, Райан? Давно ты снимаешься? Наверное, с твоей внешностью, — бросила на него многозначительный взгляд, — на твоем счету уже с десяток ролей?!
— Все с точностью да наоборот… — парень засмеялся. — Лет до тринадцати я был отшельником и изгоем в школе. Но одно лето стало поворотным и изменило все. — Курчавый брюнет отпил еще немного шампанского и начал говорить. В этот вечер я узнала много нового о своем таинственном партнере.
Глава 18
В детстве Райан комплексовал из-за своей внешности. Своими правильными чертами лица он был похож на миловидную девочку, и мальчишки во дворе то и дело дразнили и избивали его. Райана воспитывала мама. Женщина работала преподавательницей в школе-интернате олимпийского резерва и постоянно пропадала на тренировках.
Люси Филипп была красивой женщиной с длинными волосами, цвета густой смолы и большими раскосыми карими глазами. У нее были латиноамериканские корни: в их роду было намешено много жгучих кровей. Но ее сын, маленький Райан, рос на удивление скромным и сдержанным мальчиком. Люси сразу поняла, что он — вылитый отец.
Папа Райана был свободным художником, который очень любил пребывать в своем собственном мире, и отвлекался только на приятное времяпрепровождение с привлекательными натурщицами. Люси стала одной из них, а через девять месяцев на свет появился красивый мальчик с умными карими глазами. Вскоре художник как-то спешно уехал из Лос-Анджелеса, а Люси с сыном остались жить в солнечной Калифорнии.
Женщина сразу поняла, что её сын растет невероятно привлекательным парнем. Она сравнивала его с соседскими ребятами, и всякий раз понимала, что внешне он очень выделяется, но при всей своей привлекательности мальчик был невероятно серьезен и совершенно не осознавал всю силу такой приятной наружности. Он рос скромным, а временами даже забитым. Люси это очень расстраивало, но она не могла переломить ситуацию, так как все время пропадала на работе, а Райана воспитывали временные няньки.
Как-то раз она вернулась домой с работы и застала тринадцатилетнего подростка с окровавленной губой и синяками на теле, в то время как, он спокойно прижигал раны спиртом. Люси не выдержала и взорвалась. Она больше всего на свете любила своего сына и не могла видеть его страдания.
В то лето женщина привела хилого паренька в секцию единоборств к своему бывшему любовнику — боксеру Люку Броди. Вскоре Люси уехала на все лето на тренировочную базу — она готовила спортсменок-гимнасток к чемпионату мира, а спустя три летних месяца не узнала своего сына. От тщедушного подростка не осталось и следа, а в аэропорту ее встречал красивый здоровенный брюнет. Райан широко улыбался и смотрел на маму своими большими проницательными карими глазами.
«Ах, этот взгляд, который когда-то свел ее с ума!». Теперь она узнала этот взгляд и у своего 14-летнего сына. То лето навсегда изменило Райана Филиппа. И случилось это с подачи Люка Броди, который проникся к скромному хилому парню и решил помочь ему преодолеть свои комплексы.
Первым делом Люк поставил Райану удар. Он научил его нескольким простым приемам, и парень сам не заметил, как втянулся и полюбил заниматься борьбой. Первый месяц он проигрывал практически всем своим спарринг партнерам, но в нем проснулась ярость, и то, что так долго копилось внутри, наконец, нашло выход. Его как будто прорвало: на ринге от скромности и сдержанности не осталось и следа. Спортсмены быстро приняли Райана за своего, еще бы, он практически каждый день приходил на тренировки, и даже весь разбитый и в синяках продолжал заниматься. Кн иг о ед . нет
В новом учебном году у Райана началась новая жизнь. Те, кто раньше издевались над ним, еще больше озлобились, ведь перемены, которые произошли с парнем за лето, были очевидны: он вымахал на целую голову и раздался в плечах, а вот новое увлечение изгоя стала для всех сюрпризом.
В первый же день после учебы его подкараулила компания ребят. Они попытались отобрать рюкзак с учебниками, но парень резко увернулся, ударил одного из них в челюсть, а другого, окаменевшего от неожиданности, толкнул так, что тот упал на землю.
— Если еще хоть кто-нибудь тронет меня, вы недосчитаетесь зубов! Надеюсь, вы меня поняли! — противники молчали и смотрели на него с яростью. — Видимо не дошло, хорошо, я повторю. Если вы решите еще раз подкараулить меня и напасть, вам дадут отпор! Нас много, и мы очень хорошо деремся… — не дожидаясь ответа, он развернулся и пошел в сторону своего дома.