— Ты хотел видеть его слабым, но теперь он не такой. Он не ведёт себя, как слабый человек. Не спорь, просто присмотрись к себе. Ты уже знаешь это о себе: ты хотел быть нужным. Мы говорили о твоей семье, об отсутствии этого в твоих отношениях с родственниками, а Драко стал тем, кому ты был нужен. Всегда был нужен. И о треугольнике созависимости и твоих прогулках по нему мы тоже говорили. Поэтому просто подумай, соедини точки в своей голове. Драко больше не жертва, ему не нужна постоянная защита, постоянное спасение. И ты чувствуешь, что тот камень, на котором стояло всё ваше общение, он рассыпался песком. Но неужели ты думаешь, что мог давать ему только помощь? Что это — единственное, что вас связывало, а его в тебе привлекало? Если бы это было так, вы бы не общались больше. Совсем. Но вы вместе. То, как вы взаимодействуете, Гарри, то, что я вижу…. Это небывалое. Это что-то прекрасное. Такие отношения, они… Если закончатся, то — если мы говорим о данном этапе их развития — только смертью одного из вас, в физическом смысле, или в моральном, что по сути одно и тоже. Прекратить вам сейчас общаться — это как вырвать с корнем огромный кусок из вас обоих. Потому что вы уже начали видеть друг друга по-другому, и без правильного завершения, без того, чтобы всё, или хотя бы многое, стало понятым, вы оба будете возвращаться и возвращаться к этим отношениям в своей душе. Это будет настоящей психологической травмой, преодолеть которую будет крайне непросто. Я всё это говорю тебе, потому что вижу, что причины твоей злости, они кроются в твоём восприятии себя в этих отношениях, а не Драко. Его ты видишь на удивление чётко, для того, кто… Впрочем, это уже лишнее. А теперь иди к своему идеальному парню, он уже заждался. Но перед тем, как дать тебе уйти, я снова сделаю крайне неэтичное как бывший психотерапевт, но в моём человеческом понимании очень справедливое действие. Я задам тебе вопрос, а ты на досуге подумаешь над ответом. Если захочешь. Если ты ничего, кроме дружбы, не хочешь от твоего бывшего мужа, почему его изменения вызывают в тебе такую острую, агрессивную, почти несдерживаемую реакцию? И когда ты ответишь на этот вопрос, если, конечно, придёшь к этому и решишься, открой вот это, — он отправил что-то со своего телефона, и у Гарри тут же сработало уведомление, — письмо, в котором следующий вопрос. На этот раз последний от меня. Поздравляю с завершением проекта. Вы сделали потрясающую работу. И ещё, напоследок… Если ты не понимаешь чего-то, самый простой способ понять — это спросить. Продумать вопрос и прямо его задать, и первая часть этого предложения не менее важна, чем вторая.
Гарри не решился тогда. Не стал копаться в этом, решил, что лучше отложит это общение с самим собой на период, когда его жизнь вернётся в более привычное русло. Однако Би знал, что делал. И заданный вслух вопрос так или иначе кружил в мыслях. А вот Драко… Драко всё сильнее его удивлял и смущал. Его тренировка… Точнее, то, каким Драко был с ним в этот момент. В эти моменты… Если бы он не знал Малфоя лучше, подумал бы, что тот стесняется. И его это напряжение рядом… Принимать его это новое поведение было ой как не просто. А учитывая, в каком настроении Гарри пришёл туда, видеть всё это было почти больно. Потому что он-то думал, что всё про Драко уже понял. И очень хотел понять всё про себя. И сам был шокирован тем, куда их этот разговор привёл. В какое болото. Они так долго избегали темы прошлого, а когда Поттер как никогда хотел бы подумать о будущем, всё само свернуло не в ту сторону. Услышать, что Драко был счастлив с ним, было ударом. Это не было новостью, нет, это было тем, к чему Гарри и стремился все эти годы: делать Драко счастливым. Но от самого Малфоя, в таком контексте, в такой обстановке… Это было жёстко. Это было ударом.
И это вызвало ещё больше неприятия и непонимания, но только почему-то не только поступков Малфоя, но и своих собственных. Причём не только к Ледышке, но и к Колину тоже.
А потом этот сумасшедший секс марафон, неожиданный, выворачивающий душу наизнанку, абсолютно не в стиле Колина. И смутная догадка о причинах… Вообще, после этого внезапного и горького разговора, его парень какое-то время был тих и замкнут, но потом будто воспрял. Их отношения стали похожими на глупую сказку, но да, Колин будто читал его мысли, предвосхищал его желания, говорил о своих, предлагая, как их можно воплотить… Они стали ближе и теплее, и… И всё же Гарри чувствовал, что что-то здесь есть ещё, кроме любви Колина. И не прогадал. Драко сделал гадость. Настоящую гадость Гарри, потому что он всё ещё не был готов к знакомству с родителями своего парня. Он не смотрел так далеко. Но опять, увидев лицо Ледышки, Гарри запутался. Что-то было не так. Что-то было совершенно иное в его взгляде, в его словах, язвительных, грубых, колких, но Поттер никак не мог понять, что именно. Зачем он так глупо влез в их отношения? И что происходило в его голове, если он так яро отреагировал на горькую, злую фразу Гарри о том вопросе, что последним прозвучал в тот их вечер, когда они говорили после его тренировки? Поттер и сам удивился, что задал его, но сорвалось с языка, негаданно, случайно, неожиданно для него самого. Ведь он об этом совсем не думал…
А потом было занятие у Рубеуса. И снова, снова это абсолютное непонимание, что с его Ледышкой происходит. Драко любил себя. Драко любил себя и до отъезда в Америку мог на этот вопрос выдать миллион ответов. Миллион. За чувство юмора, за умение быть бесподобным и глупым одновременно… Просто бесконечное количество вариантов. И среди этого бесконечного множества было что-то, что есть и в самом Гарри.
Тот день стал для Потти решающим. Драко снова ушёл в свои переживания. Снова не захотел с ним поделиться. И снова оказался сильным и уверенным. И да, в Гарри он больше так не нуждался. И настало время отпустить это навязчивое желание быть для него тем же, кем он был всегда. Сделать шаг назад. В своей голове. И шаг вперёд к Колину. Прощальный поцелуй, который приключился так же случайно, в моменте, как и, видимо, многое, что мелькало у Малфоя в голове, действительно стал для Гарри завершением. Завершением той истории, что тоже началась с губ невозможно прекрасного, невероятного, потрясающего Сладкой_Ледышки_604. Только мог ли Потти_21_Потти хотя бы предположить, что завершив ту историю, он едва не потеряет шанс на новую? После презентации он хотел предложить Колину уехать в гости к его родным. Поговорить с Драко о Тедди, а потом на недельку оставить Лондон, чтобы окунуться в их общение с парнем, поговорить с ним обо всём. Правда, уже на самом просмотре он почувствовал, что не сможет. Что завершил он свою прошлую несбывшуюся мечту о счастье с Драко или нет, с Колином торопиться всё равно не стоит. И концепция их разговора в голове Поттера поменялась. Он хотел проговорить, что любви к нему у Гарри так и не родилось, но если он готов с этим идти дальше, то вот она — его рука, но если нет, то лучше разойтись, чтобы у Колина появился шанс на взаимность с кем-то другим. Чтобы всё было по-честному. Без иллюзий. Потти был уверен в ответе своего парня, и следующим предложением к нему было бы перевести шефство над Тэдди на следующий уровень. Он уже несколько месяцев изучал программу «Воскресные родители» и мечтал, что они с Колином смогут стать для мальчика кем-то более близкими, чем просто друзья на выходные.
Только разговора не случилось. Мир раскололся на «до» и «после» и сейчас Гарри был где-то посередине. Все его планы стали до смешного глупыми… Драко… С Драко что-то произошло, и пока он не поправится, даже думать о чем-то ещё было странно. Он должен сейчас выжить. Он должен выжить.
Будто в ответ на его мысли аппаратура пикнула, потом громче, потом сигналы раздались ещё из каких-то приборов, и в палату влетел врач.
— Уберите посетителя, — это была уже женщина средних лет, и её тон был безапелляционный. — Быстро! Вызывай Хоффмана! Разверни его с эстакады, если придётся!
Поттера вывели, придерживая за плечи, он только успел заметить, что за окном уже утро, когда луч солнца резанул глаза. Следом вынесли его рюкзак. Гарри остановился, глядя на закрытую дверь, не понимая, а жив ли он сам в этот момент. Из этого оцепенения его вывел сильный толчок, когда в палату к Малфою забегал ещё един парень в униформе. А потом раздался яркий крик:
— Пусти меня! Я к нему не поеду! Отведи меня к Драко! Не трогай!