Утром мы продолжаем наш путь все дальше на юг. Знойно, душно, жарко. Коршуны десятками вьются в высоте, где небо бездонно-синее и облака выходят из-за дальних гор, подобно белым лохматым якам. Великая пустыня Гоби встречает нас щедрым солнцем, порывистым, хлестким ветром, который несет терпкий, солоновато-горький запах полыни. Гоби — по-монгольски «Говь» — означает вообще пустынную местность. В общегеографическое понятие «пустыня Гоби» входит огромная Центральноазиатская система пустынь и полупустынь. Зона пустынь в пределы Монголии заходит своей северной окраиной и занимает территорию, лежащую на юг от Монгольского Алтая. Резкая опустыненность Заалтайской Гоби вызвана наличием горного барьера, стоящего на пути северных сравнительно влажных воздушных течений. Растения образуют здесь крайне разреженный покров. Встречается здесь и типичная каменистая гамада, на протяжении нескольких километров совершенно лишенная какой бы то ни было растительности. Однако кое-где встречаются очень живописные раскидистые хайлясы, деревья гобийского ильма, обрамляющие сухие русла и местами образующие целые аллеи. Их густые кроны, похожие на плоские зонтики, служат великолепным убежищем для птиц. Весь этот ландшафт напоминает африканские саванны, поэтому иногда районы распространения хайлясов называют гобийскими саваннами.
Дорога идет среди просторного голого сопочника к чуть виднеющимся в зыбком мареве далеким горам. Они то появляются, словно в мираже, то пропадают. Тут уж невольно вспомнишь откровения путешественников прошлого, отзывающихся о Гоби как о пустынном однообразии, которое производит гнетущее впечатление. Но тем не менее эта безрадостная по виду земля с древности привлекала исследователей. И самым пытливым пустыня открывает места, завораживающие своей необычностью. Уже середина дня, солнце в зените, казалось бы, все должно затаиться, замереть. Но глаз выхватывает даже из проносящейся машины признаки жизни: пищуха юркнула в норку, проскакал заяц-толай, легла на дорогу тень орла.
Повсюду попадаются в Гоби ящерицы. Наиболее широко распространенную из них — пеструю круглоголовку — можно найти на каждой стоянке. Круглоголовки — это типичные жительницы всех азиатских пустынь, относящиеся к семейству агамовых. Названы они так неспроста — голова у них действительно имеет округлую форму. Излюбленным местом обитания пестрой круглоголовки являются щебнистые равнины, покрытые редкой полынью и солянками, и закрепленные пески с редким саксаулом, джузгуном и тамариском. Встречается эта ящерица и в биотопах, связанных с деятельностью человека, — вдоль обочин дорог, по склонам оросительных каналов, в руслах заброшенных арыков.
Вряд ли можно назвать другой вид ящериц, столь же изменчивый по окраске и рисунку, как пестрая круглоголовка. Практически невозможно найти двух одинаково окрашенных особей. Черные, красные, белые, синие пятна, глазки, крапинки; продольные, поперечные и витые полосы образуют бесконечное многообразие сочетаний. Несмотря на такую пестроту окраски и ее яркость, оказывается, что круглоголовка окрашена покровительственно: неподвижно сидящую ящерицу заметить бывает очень трудно. Это объясняется мозаичностью окраски субстрата каменистой пустыни, составленного из камней разных цветов и размеров.
Круглоголовки активны в широком диапазоне температур — от +20 до +40°. При более высоких температурах воздуха (свыше +40°) кратковременно выходят на поверхность лишь единичные особи. В отличие от большинства других пустынных ящериц, которые активны только утром и вечером, а днем, в период наибольшей жары, укрываются в убежищах, пестрая круглоголовка часто активна и в середине дня. В пасмурные и ветреные дни наблюдается снижение их активности. При сильном ветре и грозе они начинают метаться в поисках укромных мест и забиваются в первое попавшееся убежище.
До наступления зноя ящерицы располагаются на открытых местах, а с повышением температуры чередуют пребывание на солнце и в тени. Для прогревания и начала кормежки при температуре воздуха +35° им требуется 20–30 минут. Самки в период вынашивания яиц проводят на поверхности особенно много времени и по сравнению с самцами ведут менее подвижный образ жизни, не отлучаясь далеко от убежища.