Он, наконец, перестал брыкаться, и я отшатнулся, упав на задницу, когда энергия покинула мои конечности, мое бешено колотящееся сердце и всплеск адреналина, который поддерживал меня так долго, угасли теперь, когда я победил.
Но я не мог просто позволить себе снова упасть в обморок. Во-первых, я был нужен моей девушке и моим братьям. И, во-вторых, я был почти уверен, что скоро истеку кровью, если не сделаю что-нибудь, чтобы остановить кровотечение из этой чертовой дыры у меня в боку.
Со стоном боли я подполз к раковине и сумел с ее помощью подняться на ноги. Над ней висело зеркало, и я посмотрел на себя, отметив, каким чертовски бледным я выгляжу под кровью, покрывавшей мою кожу, прежде чем сорвать с себя испорченную футболку.
Я посмотрел вниз на маленькую круглую дырочку у себя в боку, из которой обильно текла кровь, и использовал футболку, чтобы прижать ее к ней. Я повернулся, ища в зеркале выходное отверстие, но такового не обнаружил. Значит, маленький металлический ублюдок все еще был там. Ладно. Я не собирался вынимать его сам. Мне просто нужно было остановить кровотечение на достаточно долгое время, чтобы помочь людям, которых я люблю.
Я повернулся и оглядел залитую кровью ванную, заметил сумку у двери и захромал к ней. Внутри я нашел оружие, которое у нас отобрали, когда мы были схвачены, и уголок моего рта приподнялся в ухмылке, когда я вытащил паяльную лампу из сумки, прежде чем повернуться в поисках своего ножа.
Он оказался в углу, и я, спотыкаясь, поплелся к нему с еще большим стоном боли. Клянусь, это ублюдочное пулевое отверстие болело сейчас сильнее, чем тогда, когда я боролся за свою гребаную жизнь.
Мне удалось схватить нож, поцеловав его за верность мне, прежде чем вернуться на свое место у раковины.
Это должно было быть чертовски больно.
Я зажег паяльную лампу и поднес лезвие моего ножа к пламени, нагревая его и дезинфицируя одновременно. Я был практически полноценным хирургом. Кому нужна какая-то модная степень и годы обучения?
Когда лезвие стало достаточно горячим, я сделал глубокий вдох, отодвинул окровавленную футболку от пулевого отверстия и стиснул зубы.
Это была либо одна из худших, либо одна из лучших идей, которые когда-либо приходили мне в голову. Хотя есть только один способ узнать наверняка.
Я был чертовски близок к крику, прижимая раскаленное лезвие к своей плоти, прижигая рану и стискивая челюсть так сильно, что удивился, как не треснули зубы.
Это было больно. Нет, к черту это, боль и близко не походила на то, что я чувствовал. Это был изысканный вид агонии, предназначенный только для самых мерзких демонов, обитавших в глубочайших недрах ада. И я, должно быть, был одним из них, потому что каким-то образом я тоже заслужил эту боль.
Я держался так долго, как только мог, прежде чем мои пальцы, казалось, свело судорогой по собственной воле, нож выпал из моей руки и с громким стуком упал в раковину. Тяжело дыша, я ухватился за край фарфоровой раковины, крепко зажмурив глаза, ожидая, когда утихнет агония, и борясь с желанием снова потерять сознание. Из динамика сейчас играла «Numb by Linkin Park», и я не мог не желать, чтобы у меня тоже было немного оцепенения, чтобы пройти через это.
Но мне это было не нужно. У меня была лучшая мотивация в мире продолжать двигаться, продолжать двигаться вперед, продолжать жить. У нее были волосы, которые сияли как солнечный свет, и она ни на секунду не смирилась бы с тем, что я сейчас скулю и сдаюсь. И я не собирался ее подводить.
Я открыл глаза, впиваясь взглядом в зеркало и вглядываясь в темноту в них, видя монстра во мне яснее, чем когда-либо прежде, когда я поддался этой части своей души и позволил ей взять верх. Мой взгляд упал на пулевое отверстие, и я с удовлетворением обнаружил, что остановил этого ублюдка. Крови больше не было. Что означало, что пришло время уходить.
Я глубоко вздохнул, схватил свой нож и повернулся к выходу. Сумка с оружием была слишком тяжелая для моего ослабленного тела, и я выругался, хватая пару пистолетов и засовывая их сзади в штаны, прежде чем открыть дверь.
Комната снаружи была освещена, хотя, к счастью, пуста, и я мог видеть, что это была какая-то игровая комната с накрытыми и неиспользуемыми покерными столами.
Я спотыкаясь брел через широкое пространство, пытаясь за стуком собственного пульса расслышать что-нибудь, что могло бы помочь мне найти остальных.
Я запыхался, когда пересек комнату, и, не дойдя до двери, напоролся на панель на стене, которая распахнулась, когда я снова поднялся на ноги.
Я заглянул внутрь и посмотрел на выключатель, мои брови взлетели вверх, когда я искал главный выключатель питания. Может, я и был в полном дерьме, но я все еще был хищником. И я решил, что лучше всего охотиться в темноте.