Нечто высокое, метра два с половиной ростом, в саване из золотистой паутины, носило маленькую, но определенно тяжелую голову на длинной шее, которая гнулась в разные стороны под весом даже не головы, а, скорее, странной прически из черепов птиц и животных, нагроможденных друг на друга. Эта ничем не скрепленная пирамида будто жила собственной жизнью, потому что, казалось, что черепа крутятся в разные стороны, высматривая во тьме новых жертв. Сейчас ими стали Кара с дедом, так как все глазницы разом посмотрели на них, отчего в Каре проснулась необъяснимая тоска, будто нечто родное протянуло к ней руку из давно забытого мира детских сновидений. Правда, в данном случае — кошмаров.
Маленькое фарфоровое личико, прятавшееся под космами из той же золотой паутины, пугало неподвижностью, напоминая куклу, и Кара заподозрила, что с лицом человека оно не имело ничего общего. То было очередной маской, настоящие же глаза, нос и рот твари скрывались где-то под саваном или наверху среди костяной пирамиды. Что удерживало золотистый кокон в воздухе — ноги, лапы, копыта или что-то совсем невообразимое, было не разглядеть. Из-под савана вытекал поток густой грязи, которая в миг образовала небольшое болотце на месте, где тварь остановилась.
Ярившееся на дереве пламя привлекало ее внимание больше, чем Кара с дедом, замершие в нелепых позах, потому что в следующий миг создание потекло к горящей древесине, очевидно, нисколько не страшась огня. Волосы Кары давно бы вспыхнули от близости жара, но серебристая паутина кокона даже не оплавилась. Во тьме что-то сверкнуло, вылетев из савана, и горящее дерево развалилось, распиленное на аккуратные небольшие брусочки, опавшие фейерверком на землю, изрядно залитую грязью, которая продолжала сочиться из твари. Кара с ужасом заметила, что и ее сапог касается липкая жижа. Не нужно было обладать богатой фантазией, чтобы представить, как разваливается на такие же части тело смельчака, осмелившегося встать на пути демонического создания.
Тем временем Шига, или как ее там назвал дед, нависла над кусками дерева, замерев посреди догорающих деревяшек.
— У нее там нож? — прошептала Кара, чувствуя, что стоять на одной ноге становится труднее из-за грязи, уровень которой уверенно поднимался.
— Можешь не шептать, — мрачно произнес дед. — Шига не видит и не слышит, но нас чувствует, она ведь из нижнего мира.
— Что это за тварь? Что нам делать?
— Как что? Умирать, глупенькая, — ответил старик, некстати проявив свое дурацкое чувство юмора. — Ладно, сейчас что-нибудь придумаем. Она болото делает, видишь? Скоро затопит тут все к дьяволу.
— Ее можно убить? — Кара все равно шептала, не в силах избавиться от ощущения, что золотистый кокон сейчас поползет к ней.
Дед ответил не сразу, вертя по сторонам головой, но не найдя ничего интересного, посмотрел ей в глаза.
— Нет, она уже мертва, — честно признался он. — Ее можно успокоить, но для некромантии такого рода нужен боевой алтарь Растерзателя. И сам Растерзатель.
— Асхар Ландэр нашел алтарь мортов под водяной мельницей, — выдохнула Кара. Догадка была слишком очевидной. — Это он пробудил Шигу!
— Ничего этот олух не находил, Купол всегда там был, — отмахнулся дед. — Толку от этих алтарей, как от тебя сейчас. Не могут морты колдовать без Растерзателя, а его самого убили шестьсот лет назад.
Кара хотела было поспорить, что у Асхара получалось использовать силу Купола для колдовства, но время и место были не для споров.
— Но ведь это пыяр, верно? — скептически спросила Кара, наблюдая, как грязь заливает тропу. — Чудовище, порожденное древними мортами?
— Похоже, что так, — проворчал дед. — Только мы, морты, называем их немертвиями. А пыярами их зовет Орден Сантаны.
— Рыцари Сантаны в Тихом лесу бывают регулярно, думаешь, они не заметили бы такое? Эта Шига ведь в норе не прячется. А значит, она появилась здесь недавно. Ее сотворили морты из Овражьего Гара, используя силу боевого алтаря под мельницей. Или призвали с Лысой сопки. А ты говоришь, что современные морты колдовать не могут.
— Не могут, — уверенно покачал головой дед. — Тут какое-то другое объяснение. Твой Асхар Ландэр — дешевый циркач, не имеющий ничего общего с истинным слугой Растерзателя.
«Он не мой», — хотела огрызнуться Кара, но Ягар ее перебил.
— Неважно, откуда здесь появилась Шига, надо убраться отсюда поскорее, пока она не вымыла своей грязью мертвые косточки у нас из-под ног. Вот тогда мы и станем еще двумя черепушками у нее в прическе. Шиги Нечистоплотные создавались из человеческих грехов, а замешаны были на самовлюбленности и гордыне. Впрочем, что мне тебе объяснять. Давай к делу. Поройся в земле. Нам нужны любые мертвые насекомые. Тела млекопитающих подошли бы лучше, но где их тут взять. В общем, копай червей и жуков, дави их, бросай в эту жижу, по ним и будем отступать. Иначе никак.