— Освежись, — Краяна протянула ей пару листьев, и Кара отказываться не стала. Растение приятно пахло мятой.
Помолчали. Каре казалось, что она еще недавно спала в хижине деда в Тихом лесу. События мчались с огромной скоростью, не было времени остановиться и подумать. Даже сейчас, оглушенная промелькнувшим днем, Кара не могла себя заставить мыслить. Слушала хрипы, храпы и стоны изнуренных рабынь, бездумно смотрела в темноту.
— Чего ты от меня ждешь? — наконец, спросила она терпеливо молчавшую Краяну. — Через пару недель мне исполнится восемнадцать, и все это время я жила с дедом в лесу рядом с деревней мортов. О себе я больше ничего не знаю. Я где-то перешла дорогу Ордену Сантаны, и они отправили меня сюда, а деда взяли в плен.
— Как зовут твоего деда?
— Ягар.
Старуха пожевала губами, хотела что-то сказать, но промолчала. Они просидели в тишине еще с полчаса. К Каре сон не шел, старуху, возможно, тоже одолевала бессонница.
— Тебя нужно принять себя, — наконец, произнесла очевидное старая карга. — Иначе здесь не выжить. Спрашивай, что хотела спросить.
— Зачем мы строим эту странную стену? — у Кары, действительно, вертелась на языке пара вопросов. — И от кого?
— Стена от принца нашего Саргуля, — тяжело вздохнув, ответила бабка. — Раньше он единовластно правил этими землями, а я последняя из его подданных, кто остался в живых. Саргуля пленили, когда пал Растерзатель, и утопили в самой большой чарусе. Ты знаешь, что такое чаруса, детка?
Кара знала, но старуха пустилась в объяснения, просто потому что этой ночью ей хотелось поговорить.
— Чарусу сложно приметить. Ты будто по волшебному цветущему ковру ступаешь, но сделаешь шаг — и с головой уйдешь в бездонный колодец. Сверху чаруса покрыта цветами — лютиками, звездоплавкой, белладонной, но растут они на тонком мшистом ковре, который не то что вес человека, и вес собаки не выдержит. А под цветами — вода. Чаруса, где схоронили Саргуля, «синяя». Там синими колокольчиками все поросло. Вокруг гниющего валежника пропасть, подобраться сложно. Я была там, когда его топили, страшно кричал он, родимый, все тебя звал, великая.
— Меня зовут Кара, и это самое распространенное имя у мортов, — мрачно заметила девушка. — Знаешь, сколько Кар жило и живет в Альфарском королевстве?
— Наверное, много, — согласилась Краяна. — А ты никогда не задумывалась, почему у мортов это имя так популярно?
Кажется, Кару об этом уже спрашивали.
— Что там дальше про Саргуля? — перебила ее девушка, которой намеки старухи не нравились.
— Лежит он теперь в темной воде, — вздохнула Краяна. — Нас же, его подданных пленили рыцари и отдали в рабство болотникам, которые пришли в эти земли вместе с Орденом Сантаны. Говорят, что болотники — это бывшие островитяне, заключившие сделку с рыцарями. Остров их ушел под воду, а они за службу альфарам получили эти земли. Как бы там ни было, но сейчас в живых осталась только я.
— Так ты морт? — изумилась Кара, так как думала, что может почувствовать морта на расстоянии.
— Не совсем, — прокряхтела бабка. — Но мой народ всегда дружил с мортами, и на войне мы держались на одной стороне.
Старая рассуждала так, будто она была участницей Каменной войны, но в то, что ей шестьсот лет, Кара не верила.
— Так что там со стеной?
— Все понимают, что это не то сооружение, которое охраняет границы, — отозвалась Краяна.
— Колдовство, — кивнула Кара своим мыслям.
— Именно так. Не наше, не мое, не мортовское. Магия рыцарей Сантаны и болотников. Каждый день мы лепим вал из грязи и камней, втыкаем в него кости мертвецов и валим сверху стволы свежесрубленных деревьев. Все это как ингредиенты для зелья. Если использовать деревья, поваленные неделю назад, Саргуль проснется. Если не втыкать в грязь кости мертвецов каждый вечер, Саргуль проснется. Я здесь очень давно, девочка. Видела, как морты много раз засылали сюда разведчиков, чтобы пробудить принца Саргуля, но болотники всегда их раскрывали. Местные считают мортов кровными врагами и убивают их особенно жестоко. Поэтому, прошу, будь осторожна.
— Зачем мортам будить Саргуля? — спросила Кара, чувствуя одновременно наивность и серьезность своего вопроса.
Старуха странно на нее покосилась.
— Меня никто не посылал. Я здесь сама по себе. — Кара умолчала про клуатон, не готовая откровенничать. — И я, честно, не знаю, кто такой Саргуль.