- Нам не о чем говорить, - еле слышно промолвила Юлия.
- Не надо бояться меня, - спокойно сказал Заза. - Я не сде лаю тебе ничего плохого.
Юлия посмотрела по сторонам - проезжая часть Лениградского проспекта была заполнена машинами, по тротуару шагали люди... Она ведь не в квартире, наедине с этим маньяком, на проспекте! Он, действительно, не сделает ей ничего плохого. Не сможет. По чему же дрожат коленки и в груди - холодная пустота страха?
- Зачем ты выследил меня?
- Это называется по-другому. Пожалуйста, не бойся меня, и не смотри, как на исчадье ада. Хорошо, объясню. Мне просто не обходимо извиниться перед тобой за эту ночь. Честно говоря, я не получил никакого удовольствия, а все, что между нами было, не хочется даже вспоминать. Ты, наверное, так же думаешь?
Юлия кивнула:
- Так...
- Не знаю, что на меня нашло, наверное, дело в Ольге, ко торая так подло предала меня. Такое накатило - сам себя не по нимал. Я ненавидел всех женщин, готов был разорвать их - всех! Смешать с грязью... Конечно, это глупо, но таково было нервное напряжение, страшная обида, что я стал похож на сумасшедшего.
- Зачем ты мне говоришь это?
- Просто, чтобы ты постаралась понять. Простить ты вряд ли сможешь, я и сам себе никогда не прощу того, что было. Но по нять... Вот и все.
- Все?
- Да. Я, конечно, мог бы сказать что-то вроде того: давай встретимся ещё раз, я докажу тебя, что на самом деле я вовсе не такой, это женщина, которая предала меня, сделала таким, отвра тительным животным - но не скажу. Ты красивая женщина, Юлия, мне очень жаль, что так получилось. И прошу только об одном - пойми, что я был просто... невменяем, хотя и не сразу это можно было понять.
Юлия снова увидела перед собой мурлыкающего тигра, но те перь это был тигр, который едва не растерзал её саму!
- Хорошо, я понимаю тебя. А теперь, пожалуйста, оставь ме ня в покое.
- Конечно. В знак того, что ты поняла меня, не отказывайся от небольшого подарка, - он протянул ей завернутую в магазинную бумагу и перевязанную ленточкой коробку.
- Нет.
- Я тебя очень прошу, Юлия, - голос его стал жестким, и она поняла: не отвяжется, пока ни всунет ей эту коробку.
Взять. И - он отстанет? Весь этот кошмар закончится? Взять. А потом выбросить в первую же урну. Это ведь несложно: сунуть коробку в сумочку - и все!
- Что это? - спросила Юлия, неуверенно принимая подарок.
- Духи. Самые лучшие. Самые дорогие.
Она повертела коробку в руках, понюхала - тонкий аромат сочился из-под цветастой оберточной бумаги.
- Я хочу, чтобы ты раскрыла коробку дома, - сказал он. - Увидела бы и по-настоящему поняла, что в ту ночь рядом с тобой был человек, которого оскорбили, унизили... И не так плохо бы думала обо мне.
Юлия сунула коробку в сумочку.
- Хорошо, - сказала она. - Но учти, я помирилась со своим другом и сейчас еду к нему. Кстати, твоя Ольга не изменила те бе, между ними ничего не было.
- Это он тебе сказал?
- Да.
- Если она мне скажет что-то подобное, я все равно не по верю. Ты же видела, как она пробежала мимо, даже разговаривать со мной не стала. Ну что ж, если у тебя снова все хорошо, я мо гу только радоваться. Правда, я не хотел, чтобы ты раскрывала мой подарок при нем.
Юлия с удовольствием сказала бы, что вообще не собирается раскрывать эту коробку - выбросит в урну и все. Да разве можно было дергать за усы тигра? Но хоть чем-то досадить ему, погла дить против шерсти можно?
- А вот я и открою твой подарок при нем, - сказала она. Заза наморщил лоб, соображая, хорошо это или плохо? Потом
сказал:
- Наверное, ты права. Когда он увидит, какие духи дарят его женщине, поймет, что она красива, соблазнительна и поте рять её легко. Найти такую сложно. И перестанет бегать за мо лодыми девчонками. Я даже представляю, как это будет выглядеть: ты присядешь в кресло, у него там есть кресло? С небрежным ви дом достанешь мой подарок, развяжешь ленточку, и когда у него округлятся глаза, как бы между прочим, скажешь: а, это один поклонник подарил. Посмотришь и можешь выбросить. С понтом, что если нужно будет, поклонник забросает тебя такими духами. Вот видишь, я хочу, чтобы у тебя все было хорошо.
- Я могу идти?
- Я не держу тебя. И запомни, Юлия, ты не должна выбросить мой подарок раньше времени, даже не увидев, как он выглядит. Нельзя оскорблять и без того обиженного человека.
Юлия медленно пошла к бордюру, подняла руку, останавливая такси.
- Я могу подбросить тебя, - предложил Заза.
- Нет! - почти выкрикнула.
- Прощай, Юлия, - усмехнулся Заза.
Выбросить коробку Юлия так и не решилась. Женское любо пытство пересилило отвращение. К тому же - выбросить, действи тельно, можно было потом, но сначала подразнить Роберта. Он, конечно, немного обидится, насупится, такой смешной, когда оби жается!.. А она поцелует его, швырнет подарок в форточку и ска жет: Бобби, ну какой же ты глупый у меня! И вообще, Знаешь, до рогой, хватит нам мучиться, жить по разным углам. Пора за ум браться.
И он обязательно согласится.
Потому что перед этим они оба пережили два ужасных вечера: какие-то бандиты напали на нее, хотели ворваться в квартиру, если б не Игорь, неизвестно, чем бы это все кончилось. Могли бы зарезать её прямо на лестничной площадке! А потом - ещё хуже... Для нее, конечно, но и ему, судя по сегодняшнему разговору, пришлось несладко. Это был нижний предел синусоиды их судьбы, теперь она пойдет вверх.
О том, что синусоида может превращаться в вертикаль, Юлия не думала.
Когда Роберт открыл свою удивительную дверь (удивительную для него, человека довольно-таки бесшабашного), Юлия ахнула: он был в своем лучшем костюме и даже при галстуке.
- Юля! - воскликнул Роберт, обнимая женщину. - Слушай, ты, наверное, на такси ехала. Молодец, Юля! А я, понимаешь, хотел тебе сказать, но не успел.
- Какой ты сегодня красивый, элегантный, - восхищенно ска зала Юлия, всем телом прижимаясь к нему.
Но смотреть ему в глаза она все же не отваживалась.
- Для тебя всегда такой, слушай! - воскликнул Роберт, взма хивая рукой. От него пахло туалетной водой и водкой.