— Я хотела спросить у вас совета, — она обернулась полубоком и смотрела на него из под своих длинных, светлых ресниц, как луч солнца пробивается сквозь плотную толщу воды, однако через несколько мгновений вновь повернулась к окну, — Ситуация у власти в Империи сейчас нестабильная, впрочем как и в Заимперии: за год мы лишись двух королей — оборотней и драконов. Каждое Королевство нашего мира сейчас подвергается угрозе извне. Но нельзя забывать и о других опасностях, которые могут подстерегать нас там, где мы этого не ждём.
— К чему вы ведёте, Ваше Величество?
Она повернулась к нему всем телом и подол ее нежно-голубого, отливающего розовым перламутром драгоценных камней платья скользнул по светлому полу.
— Наше поколение, миллионное поколение королей, это поколение мира и дружбы. В наш век объединяются все враждующие ранее нации. Эльфы и драконы стали терпимее друг к другу, оборотни и вампиры идут плечом к плечу сражаться за жизнь своих близких. Русалки и феи не должны быть исключением. Я хочу заключить мир с нашими давними врагами.
На некоторое время повисло молчание. Оно не было тягостным или угрожающим, оно таило в себе раздумья.
— Вы правы, Ваше Величество, — наконец сказал советник, — мир сейчас необходим всем нам как никогда раньше. Однако мы не можем просто заключить договор. Боюсь, силы двух подписей не хватит для того, чтобы сплотить наши народы. Мир должен базироваться на чем-то более стоящем: клятва, брак...
— Но вампиры и оборотни ещё даже не заключили мирный договор, однако отношения между ними теплеют с каждым днём все больше и больше. Думаю, их сотрудничество и взаимопонимание не подкреплены даже обычным честным словом.
— Вы упускаете одну немаловажную деталь, — господин Ганз сделал два шага вперёд, — что первородных вампиршу и оборотня связывали более тесные отношения, нежели просто дружба или взаимное сотрудничество.
— Это всё слухи, — королева нахмурила брови в недовольном выражении лица, — Люди никогда не забудут историю самых первых вампиров и оборотней и не перестанут повсюду видеть то, что им хочется видеть.
Главный тайный советник не мог не согласиться со своей королевой, потому что никаких аргументов в свою пользу, кроме многочисленных разговоров вокруг этих фигур, он привести не мог.
— Ваша точка зрения также весьма вероятна, Ваше Величество. Но разрешите мне остаться при своем мнении. Мирный договор останется обычной бумагой, если не закрепить его действие чем-то более стоящим.
Королева стояла, смотря прямо, вдаль, где над горизонтом солнце едва возвышалось. Она не двигалась, но одна только ее поза плескалась изящностью и грациозностью. Ганз был не в силах пошевелиться, или даже шумно вздохнуть, боясь нарушить живую картину. Он знал, что это наваждение, увлечение было обречено остаться глубокой тоской в его глазах. Она - неприступная крепость, полная молодости, красоты, доброты, любви и власти. В том числе и над ним.
— Завтра я планирую нанести визит Её Величеству Вихрь. — нарушила Королева затянувшуюся тишину и вновь вернула свой взор к мужчине, — Вот и спрошу ее совета. И тогда мы вновь вернёмся к этому разговору. Можете идти, Ганз, я вас боле не задерживаю.
Он глубоко поклонился ей, прижав руку к гулко бьющемуся сердцу. Его твёрдая походка и стальное выражение лица в этот момент скрывали целую гамму чувств: смятение, сожаление, облегчение. Королева была не той, кто нужна ему, не о такой семейной жизни мечтал Главный тайный советник. Однако только дверь закрылась за его широкой спиной, как веки юной правительницы опустились, не в силах более смотреть прямо и твердо. Ее лицо исказила гримаса сожаления и печали. Нет, тайный советник был не тем, кто нужен ей, не о об этой истории мечтала Королева Русалок.
***
История Империи насчитывалась многими миллиардами лет. За это время здесь произошло множество взлётов и падений, однако всегда она оставалась величественной и могущественной. Даже сейчас, проезжая по улицам, Лагуна видела не падающих духом людей, торговцев и крестьян, высокородных дворян, которые жили и верили в лучшее для них и для своих королевств. Конечно, находились и те, кто качал головой и не находил себе места от переживаний за судьбу собственную и государства. Но правители старались сделать все, чтобы народ оставался спокойным и уверенным в своём будущем.