— Его Величество Король Воды тёмной нации Нептун, — прогремело в огромном светлом зале и во дворец шагнул высокий, смуглый брюнет с голубыми, как лазурные воды, глазами. Взгляды придворных мгновенно устремились с высоким дверям. Полились бесконечные поклоны и реверансы, мужчины смотрели на молодого имперского Короля с почитанием и уважением, женщины, особенно незамужние, смотрели с плохо скрываемым интересом и восхищением. Каждая из них помнила о том, что один из самых красивых и обаятельных правителей Империи не был связан любовными узами, по крайней мере официально.
Король осмотрел зал с лёгкой играющей улыбкой на губах. Он был в великолепном расположении духа и, кивнув придворным в знак уважения, зашагал по просторному залу к широкой лестнице с таким же величием и плавностью, с какими корабль совершает свой путь по океану. Лагуне еще не успели доложить о прибытии ее первородного, и она была погружена в бумаги.
Имперских королей почитали во всех уголках мира не только из-за ношения короны великой державы. Таких, как они, называли Первородными, ведь их родословные шли от самых древних времён и самых первых представителей той или иной расы. Они были их прямыми потомками и поэтому по крови были выше даже самих королей Заимперии. Кроме того, Первородные были намного сильнее и могущественнее. Они не только правили стихийным государством, но и следили за благополучием собственной расы. Высшая власть в королевствах Заимперии - Король и Первородный.
Лагуна вздрогнула от неожиданности, когда на ухо ей вдруг шепнули о прибытии Нептуна. Она так заплутала в этой паутине чернил и подписей, что не заметила, как вошел лакей с этим оповещением. Королева тут же поднялась и, словно волна к берегу, бросилась к двери, однако цунами настигло ее первой.
— Здравствуй, Лагуна.
На королеву посмотрела пара серьезных глаз, в глубине которых можно было разглядеть смешинки и искорки.
— Ваше Величество, — Лагуна уже собиралась присесть в реверансе, однако тёмный Король Воды зашёл в кабинет, явно не ожидая каких-либо церемониальных действий. — Прошу прощения, вы не извещали о своём визите, и я не думала, что…
— Лагуна, я не возмущаюсь и даже не разозлён, ни к чему объяснения, — он говорил и быстро, и медленно, с паузами и лёгкой улыбкой, — я понимаю, что мой приезд стал неожиданностью.
Первородный тритон повернулся к ней всем телом и его глаза посерьёзнели. Он был элегантен и мужественен, его слова звучали как шум океана, взгляд плескался обворожительностью и скрывал в себе множество мыслей и чувств, как ровная морская гладь, прячущая за собой целый мир.
— Как и то, что ты заключаешь мир с Королевством Фей.
Лагуна замялась. Что она могла сказать, как оправдаться? На самом деле, она ещё не задумывалась серьёзно об этом вопросе, это лишь было ее желанием и далёким предположением. Однако ответ нужен был здесь и сейчас, но он никак не мог найтись.
— Я… — почему-то сейчас королева чувствовала себя маленькой девочкой, которая оправдывается перед папой за очередную шалость. — Я не была до конца уверена в своем намерении, и...
— Вопросы мира и войны всегда выносятся на первое место, — Нептун был хоть и серьёзен, но мягок со своей королевой.
— Я имела ввиду, что пока не обдумывала эту идею комплексно. Это лишь моя мысль, которой я хочу дать ход, но не знаю, как, и каждый день я ищу пути, чтобы реализовать её.
— И это прекрасная мысль, Лу. В наше время нет более удачной политики, чем сотрудничество и взаимопомощь, потому что напастей нам хватает и с других фронтов, — его голос, тембр, интонации были тихим течением широкой реки в молчаливое раннее утро. Первородный тритон сел в кресло, всем своим видом давая понять, что готов обдумывать этот вопрос вместе с королевой, и именно эта цель и привела его сюда сегодня. Лагуна изящной походкой, шагая, словно по водной глади, прошла на свое рабочее место, засыпанное кипой бумаг, которую она сгребла на край стола. Она глубоко вздохнула, и ее взгляд сосредоточился на воднике.
— Главная проблема, из тех, что я вижу, это возможное нежелание фей заключать мир между нами. В том случае, если мы получим отказ на наше предложение, можно ли это расценивать как угрозу нашему положению?