– Понимаю, любимая, – поцеловав меня в макушку, ответил Грай. – Но давай верить в лучшее. Как думаешь, Гориз не видит будущее? Я думаю, что видит. В противном случае, зачем ему было возвращать меня и связывать нас? Вряд ли он стал бы так заморачиваться ради одного дня нашей жизни, не находишь?
– Это вселяет надежду, – откликнулась я, почувствовав, как потеплело в груди. – Но надежда такая коварная штука. Из-за нее больнее падать.
– Согласен, Кати. Но жить без надежды гораздо хуже. Это уже не жизнь, а существование. Давай не будем понапрасну тратить время и пойдем воплощать в жизнь одно из твоих желаний.
– Какое? – заинтересовалась я.
– Попытаемся заделать волчат, – хитро улыбнулся Грай, уводя меня из тронного зала.
Шиай
Я пил, но не пьянел. Дван уже давно спал, уронив голову на стол, а я не мог даже немного изменить ход своих мыслей, заглушив их алкоголем. Сложнее всего тогда, когда ты – альфа, на котором лежит ответственность за благополучие собратьев. Когда ты – защитник королевы, которую по глупости упустил и ничем не можешь помочь. Да какой там помочь! Элементарно не в состоянии найти её в этом проклятом мире!
Сидеть и просто топить свою боль в алкоголе, так глупо. Ребячество. Хоть тысячу раз назови себя дураком, это лишь подчеркнет факт твоей беспомощности. Ноль результата, снежное поле проблем. Но я также понимал, что бессмысленная беготня по снегам не принесет вообще никакого результата. Проще говоря, это тот случай, когда действие может принести больше проблем, чем бездействие. А еще мне вдруг стало очень одиноко. Захотелось выйти на улицу и, как подсказывает память предков, повыть на небесное светило. Кажется, что я остался совсем один во всем мире и от этого так больно. Видимо я поспешил с выводами и всё-таки опьянел.
Нет, я не любил королеву, как мужчина. Этого просто не может быть, если она не твоя истинная пара. Но она была для меня центром вселенной. И матерью, и сестрой, и той, кого нужно оберегать. В последние годы ее непростой жизни я с тоской и болью следил за тем, как умирает ее человечность. Это разбивало мне сердце. Если бы я мог, то, не задумываясь, забрал бы проклятье себе, но это было невозможно.
Еще я действительно был рад за сестру. Только слепой не увидел бы искры, летящие от этих двоих, когда они находились в одном помещении. Лишь Катрайна до последнего упиралась. Я даже не хочу знать, что именно послужило таким переменам в ней. Но, зная сестру, уверен, что ей пришлось пройти через настоящее испытание. Она никогда не искала легких путей, предпочитая идти в обход прямой дороги, поэтому до нее всегда долго доходил смысл самых простых действий. Подумав об этом, тихо рассмеялся, разбудив Двана.
– Альфа? Пьем?
– Спи уже, тебе хватит, – похлопав волка по плечу, произнес я. – Пойду, подышу воздухом.
Поднявшись из-за стола, пошатнулся, но смог устоять на ногах. Проведя рукой по волосам, заставил себя взбодриться и выйти из замка. На улице бушевала вьюга. Ветер выл так, что уши закладывало. Видимость тоже была нулевой, но для волков это не проблема. Сменив ипостась, решил немного пробежаться, чтобы разогнать хмель.
Нарезав несколько кругов перед замком, собрался вернуться внутрь и поспать, как вдруг почувствовал чужака. Обернувшись, оскалил пасть и зарычал. Сначала из-за снега не было видно ничего, но затем медленно проступили черты очень высокого человека. Кто он и что ему понадобилось – я не понимал.
– Я не причиню тебе вреда, альфа, – спокойно произнес приближающийся мужчина.
Я снова зарычал, не собираясь возвращаться в человеческую форму. Между тем снег как будто расступился, выпуская из своего плена наполовину человека, наполовину змея. Я, конечно, уже успел услышать о нем от сестры, да и собственными глазами видел, как он сбежал вместе с шаманом, но вот так стоять друг напротив друга было странно. Мир точно сошел с ума.
– Мне нужна твоя помощь, – остановившись на почтительном расстоянии, произнес змей.
– Имя? – рыкнул я, частично изменив голосовые связки. Не факт, что он услышит мой мысленный посыл.