– И сколько же было этих убиенных шаманов? – как бы между прочим поинтересовался я.
– На протяжении многих веков? Бессчетное количество, Егор, – старик устало покачал головой, отворачиваясь к окну. – Правители устраивали охоту на снежных шаманов и, используя разнообразные методы, убивали их. При этом они подробно описывали процесс смерти людей в своих дневниках, чтобы их потомки не повторяли ошибок предков. Все-таки даже в те времена снежные шаманы были огромной редкостью, не говоря уже о наших днях.
– Прикольно, – присвистнул я. – То есть никто не знает, что нужно делать с шаманом и как «правильно» его убить, но к делу подходят с особым творческим энтузиазмом. Похвально.
– Когда на кону стоит судьба всего мира жизнь одного человека ничего не значит, - печально прошептал Снежинка-старший.
– Ненавижу политику, – фыркнул я. – И как так вышло, что твой сын родился шаманом?
– На все воля Богов, – совсем тихо ответил Исанд.
– Слушай, а я как-то могу выдать себя? Ну, что я шаман? Как это вообще можно увидеть?
– Со стороны этого не видно. Сила внутри тебя надежно скрыта принадлежностью к роду Эйра, а мы, как и снежные шаманы, наделены силой повелевать бураном. Если бы ты родился простолюдином, то возникли бы вопросы. Поэтому, по большому счету, тебя может выдать только кровь или неуместное проявление силы. Снежный шаман намного сильнее простого лорда.
– И как спалился Шерган? – поинтересовался я. Ведь если мой предшественник был неосторожен и проявил себя в качестве шамана, то мне ничего не мешает повторить его ошибку.
– Поранился, когда ему было пять лет. Мы с женой даже не подозревали, что у нас растет снежный шаман, пока плачущий Шерган не вызвал снежную бурю из-за царапины на руке. Кроме того, кровь снежного шамана пахнет иначе, ее ни с чем не перепутаешь. Мы сильно испугались, хорошо, что королевский род был занят очередными склоками и дележкой власти. В противном случае мы бы уже тогда лишились сына.
– Кровь пахнет по-другому? – сразу захотелось понюхать собственную красную жидкость, но инстинкт самосохранения не позволил почикать себя ножичком.
– Да, – кивнул Исанд. – Только умоляю, не вздумай проверять, тебя сразу найдут!
– Нет-нет, и в мыслях не было! – заверил я, отводя взгляд.
– Надеюсь, – протянул старик. – Твоя главная задача сохранить тело целым, ни разу не поранившись. И силу контролировать, иначе тоже выдашь себя с головой.
– Я даже не знаю, как ей пользоваться, не то что контролировать, – пробурчал я. – Есть она вообще, сила эта?
– Есть, не сомневайся, – усмехнулся Исанд. – Видишь, как за окном буря беснуется?
– Ну, – буркнул я, бросив мимолетный взгляд на замороженное окно.
– Так это проявление твоего беспокойства, отражение твоих чувств.
– Почему сразу моих? Я тут не при чем! – возмутился я.
– Потому что ты не в ладах с собой, – терпеливо объяснял Исанд. – Мы годами учимся управлять своими эмоциями, чтобы те не властвовали над погодой. Сейчас ты – все равно, что малое дитя, впервые вызвавшее бурю. Как только обретешь внутренний покой, так и буря успокоится.
– Серьезно?! Да на это могут уйти не годы, а столетия! – воскликнул я, а снег, будто действительно вторя моим чувствам, яростно забил по стеклу, заставляя последнее дребезжать.
– Ты справишься, – уверенно произнес старик. – Я в тебя верю.
– Еще бы, выбора-то нет, – буркнул я.
– Выбор есть всегда, – сказал Исанд, вставая из-за стола. – Может, хочешь отдохнуть? Уверен, что ты устал.