В последний раз втянув воздух, я потрусил дальше в сторону деревни. Но на всякий случай аромат решил запомнить, никогда не знаешь, где пригодится.
Катрайна
Настороженным взглядом я смотрела в неестественно прямую спину удаляющейся королевы Ларейны. Правительница медленно пересекала тронный зал, направляясь в свои покои, которые, если честно, больше напоминали ледяную клетку. Сможет ли она из нее вырваться и победить проклятье или станет такой же, каким был покойный король? Я не знала и даже не решалась загадывать наперед. Лишь в одном я была уверена на сто процентов: ни я, ни брат никогда не предадим и не оставим Ларейну.
И дело было даже не в том, что она спасла нас, хотя и за это я буду ей вечно благодарна. Но больше всего лично во мне вызывает уважение ее решение бороться с проклятьем, зная, чего может лишиться. Не считаясь с собственной жизнью и желаниями, Ларейна перевела проклятье на себя и, как я считаю, это спасло нас всех, дав отсрочку в исполнении пророчества. Мало кто знает, но само пророчество сосредоточено не только на превращении живых правителей в лед и поисках шамана. Оно призвано уничтожить весь наш мир, навсегда стерев с лица Винтро непостоянных, двуличных, алчных людей и нелюдей, оставив лишь снег и тишину.
Когда снежная шаманка забрала тело Анэйи, она сказала Джейки, что когда-нибудь настанет день расплаты и все уйдут за грань, вслед за ней и ее любимым. Девушка была настолько сильна, что проложила целый коридор силы, который соединил наш мир и потусторонний. По преданию этот коридор находится на самом краю Винтро, но найти его может только представитель королевской семьи, использующий для поисков кровь снежного шамана. И опять же, остановить вечную мерзлоту можно только закрыв этот самый коридор, потому что жизнь из Винтро постепенно утекает за грань. Отсюда и снег, холод и льды. Жаль только, что инструкцию никто не оставил и все правители до Ларейны действовали достаточно топорно, отпугнув от себя всех снежных шаманов, заставив последних прятаться от грозных взглядов королевской семьи и ее свиты. Однако, тот факт, что женщине удалось переиграть проклятье хотя бы во фразе «отныне в королевской семье будут рождаться и править только мужчины», вселял определенную надежду. Нет, снежные шаманы не вышли на поклон и не встали в ряд, чтобы их убили, но народ поверил в то, что все еще может быть хорошо. Стать как прежде. И вот сейчас я смотрю, как надежда замерзающего народа твердой походкой покидает зал, унося с собой зверский холод. Хоть я и волчица, но мороз, исходящий от самой души Ларейны, заставляет меня ёжиться и подсознательно искать место, где можно согреться.
Почему-то перед глазами появилось улыбчивое лицо розовощекой молодой девушки, которой всего каких-то лет десять назад была Ларейна. Девушки, без раздумий бросающейся на защиту всех слабых и несчастных, несправедливо обиженных и пострадавших. Одно мгновение и на яркую картинку прошлого наложилось то, что сейчас видели мои глаза – ледяную статую. Тепло практически покинуло голубые глаза Ларейны, его заменила зимняя стужа. Ее некогда горячее сердце с каждым днем билось все медленнее, я, как волк, отчетливо это слышала и боялась того момента, когда оно навсегда затихнет в женской груди. Когда это произойдет, надежда покинет этот мир, а вместе с ней погибнем и мы.
Тряхнув головой, взъерошила пятерней короткие черные волосы, доставшиеся мне от матери и фыркнула. Что бы ни случилось, я буду рядом с Ларейной и, если она позволит, поделюсь своим теплом. Ведь, как известно, волки существа стайные. Пусть королева не являлась нашей альфой, но ближе нее у меня был только брат. Поэтому, если будет нужно, я, не задумываясь, отдам свою жизнь, чтобы хоть ненадолго поддержать угасающий огонь ее души.
Егор в теле Шергана
За постоянно оборачивающейся служанкой шел с настоящим опасением за свою честь. Мне совершенно не нравились ее плотоядные взгляды и нервный тик на левый глаз. Так и до греха недалеко. Нужно внимательно осмотреть свою дверь и забаррикадировать ее, а то ненароком проберется эта тигрица, попытайся потом доказать, что ты не виноват, она сама пришла.