Скинув полотенце и, быстро натянув нижнее белье, уселся на кровать в позе лотоса и, закрыв глаза, представил, что всю мою голову закрывает тонкая, но прочная броня, сквозь которую не пробиться. Не знаю, получилось ли у меня то, что я задумал и то, что во всех фэнтези называется ментальным блоком, но рука с уроборосом буквально горела огнем. Приоткрыв левый глаз, увидел, как по руке пробегают синие молнии, поднимаются вверх к предплечью и, как полагаю, уходят к голове. А потом раз – и все прекратилось. Исчезновение последних искр совпало с открывшейся дверью и застывшим на пороге Валькнутом.
– А ты не можешь пройти сквозь стену? Нафига дверь открываешь? – не иначе как с перепугу спросил я.
– Правила этикета и хорошего тона, – усмехнулся змей и прополз внутрь комнаты.
– По правилам этикета ты должен был постучать в дверь, дождаться разрешения войти и только потом заползать сюда, – подняв палец, произнес я.
– Я тебе по голове сейчас постучу, – без тени угрозы сказал Валькнут, а затем настороженно спросил: – Ты практиковался? Я чувствую магию.
– Играл немного, – смутился я.
– И с чем? – подозрительно уточнил змей.
– А во мне ничего не поменялось? – в этот момент я снова молился Богам, чтобы Валёк не смог заглянуть в мои мозги и увидеть маленький секрет.
Валькнут переместился в сторону и впился в меня внимательным взглядом. Повисла тишина, нарушаемая лишь моим дыханием. Змей, как я с удивлением понял, не дышал. Хотя оно и понятно, зачем духу воздух?
– Ты поставил ментальный блок? – наконец удивленно выдал Валькнут. – Сам?
– Ясен пень, что сам, – ухмыльнулся я, понимая, что в этот раз пронесло. – Знаешь, что я понял?
– И что же? – кажется, что змей был действительно доволен моими успехами.
– Я могу использовать свою силу без слов-активаторов.
– Да ну, правда? – удивился Валькнут. – Это открывает для тебя все дороги. Ну-ка, наколдуй что-нибудь, давай проверим!
– Ой, что, вот так сразу? – ковыряя пальцем одеяло и смотря в пол, спросил я. – Ну ладно, давай попробуем! Что наколдовать?
Энтузиазма во мне хватило бы на целую деревню, а вот мыслей, что именно можно сотворить, не было.
– Не знаю, придумай сам, – отозвался Валькнут. – Ты когда в туалет ходишь, не зовешь же меня, чтобы я тебе задницу подтер? Вот и сейчас сам подумай. Включай мозги, Шерган.
Почему-то я разозлился на этого противного змея и тут же придумал, как можно протестировать свою силу. Не меняя позы, закрыл глаза и, ухмыльнувшись, принялся делать то, что умел лучше всего – фантазировать. Почувствовав, как сила собирается в груди и резонирует с уроборосом, направил ее в сторону…Валькнута.
– Егор, ты чего задумал?! – закричал змей, почуяв неладное.
Смотрите-ка и имя сразу вспомнил, поганец. Улыбнувшись шире, закончил рисовать новый образ одного знакомого змея перед внутренним взором и, раскинув руки в сторону, буквально вытолкнул из себя силу и открыл глаза. Ослепительная вспышка заставила снова зажмуриться, но удивленное восклицание нецензурного содержания как бы намекнуло, что у меня все получилось. Потерев лицо, сквозь пальцы посмотрел на змея и заржал.
– Я же говорил, что могу без всяких словечек магию творить.
– Егор, твою мать, ты что сделал?! – заорал Валькнут, пытаясь стянуть вниз ханбок.
– Сделал из тебя человека, – продолжал ржать я, глядя на голые человеческие ноги, заменившие змею хвост.
– Убью, – прошипел Валек и кинулся на меня, попутно приложившись мизинцем об угол кровати. Глаза змея расширились, из них брызнули слезы-льдинки. Повалившись на пол, Валькнут схватился за покалеченную конечность и сквозь боль прошептал: – Я…живой?
– Ага, всё включено, – широко улыбнулся я. Отомстил, так отомстил.
Глава 13
Шиай
Со времени разговора с королевой Ларейной прошло уже три дня, а мы с Рхеттом по-прежнему сидели в клетке, словно бродячие псы. Кто же мог подумать, что у простых крестьян есть запрещенные амулеты, воздействующие на оборотней. И более того, что у этих самых простых крестьян есть провидец, который предсказал наше появление в их поселении.
– «Альфа, я скоро сойду с ума…», – слабо подумал Рхетт, тяжело дыша. Из ноздри вытекла тонкая струйка крови.