– Не расстраивайся. Серебро тебе к лицу, – прошептал Грай и, наклонившись к моей шее, шумно втянул носом воздух, а затем кончиком языка провел по нежной коже.
Подняв вверх правую руку, схватила мужчину за волосы, притягивая ближе. Мне нравилось играть с ним в подобные игры. Мы никогда не переступали черту дозволенного, но с каждым разом границы отодвигались все дальше. Волк, почувствовав отклик, усилил напор, покусывая мочку уха и свободной рукой поглаживая мои ребра. Я же, поддавшись внезапному порыву, шагнула назад и, сократив расстояние между нашими телами, плотно прижалась к мужчине, почувствовав, как тот возбужден.
– Что же ты со мной делаешь, глупышка? – прохрипел Грай, страстно и как-то яростно целуя мое оголенное плечо.
С недавних пор я постоянно испытывала странный жар во всем теле, поэтому надевала максимально открытую одежду, подставляя себя всем ветрам и морозам. А теперь еще больше радовалась этому факту, потому что могла чувствовать, как по коже скользят грубые руки Грая. Но и этого мне было мало, я хотела большего. Возможно, даже стереть установленные неизвестно кем границы к демонам. Схватив руки Грая, бескомпромиссно уложила их на свою грудь, одновременно с этим заводя правую руку за спину, кончиками пальцев поглаживая подрагивающий живот волка. Глухо зарычав, Грай толкнул меня бедрами, заставляя сделать шаг вперед и опереться свободной рукой о ледяную стену. Страннее всего было смотреть на свое раскрасневшееся от удовольствия отражение и понимать, что это заводит ещё сильнее. Выпятив пятую точку, потерлась ей о пах волка, в награду получив еще один страстный рык.
– Малышка, остановись, – наклонившись к моему уху, прошептал Грай. – Если мы продолжим, я не смогу сдержаться.
– А что, если я не хочу, чтобы ты сдерживался? – хрипло спросила я, развернувшись лицом к волку, рукой касаясь его груди. – Что если я хочу тебя?
Грай выглядел потрясенным, но страсть продолжала бушевать в его желтых глазах, зажигая во мне ответный огонь.
– Ты хочешь меня? Меня?! Неужели ты не видишь, как я стар? Уродлив? – волк определенно пытался меня образумить, но это было глупо. Я уже приняла решение.
– Ты красив и совершенно не стар, – улыбнулась я и, привстав на цыпочки, поцеловала его в приподнятый шрамом уголок губ. – Я хочу тебя, Грай.
Издав очередной низкий рык, волк буквально впечатал меня в стену, до боли прижимаясь к моему телу. Но мне было так хорошо, что я не думала ни о чем другом, кроме жадных рук Грая и растущего во мне напряжения, требующего выхода.
– Маленькая…сладкая… – шептал волк, уткнувшись носом в изгиб моей шеи, а руками лаская голую грудь, приспустив платье вниз.
Раздвинув мои ноги коленом, он слегка надавил на промежность, вырвав из моей груди громкий стон. Вцепившись пальцами ему в плечи, откинулась на стену, предоставляя ему полный доступ к своему телу, чем волк и воспользовался, укусив за призывно торчащий сосок.
– Граааай… – простонала я от острых ощущений, прошивших тело.
– Кричи, Кати, – хрипло прошептал волк, сократив мое имя, – я хочу слышать твои крики, твой голос так возбуждает. Я готов бросить весь мир к твоим ногам, маленькая волчица…
Я громко застонала и решила, что прелюдий достаточно и пора переходить к активным действиям. Опершись на плечи волка, легко подпрыгнула, сцепив ноги за спиной Грая, потерлась о его пах. Мужчина, судя по всему, больше не мог сдерживаться: я только что окончательно разрушила его самоконтроль. Впившись мне в губы жалящим поцелуем, он одним слитным движением вошел в меня, даже не заметив маленькой преграды, которой меня только что лишили. Хотя, кажется, с выводами я поторопилась. Немного отстранившись, Грай потрясенно посмотрел мне в глаза и как-то глупо спросил:
– Кати?..
Улыбнувшись, я поцеловала мужчину и, используя его тело как опору, приподнялась, чтобы медленно и чувственно опуститься до самого конца. Волк сдавленно застонал мне в губы и перехватил инициативу. Но теперь он двигался иначе, сдерживая страсть и боясь причинить мне боль. В каждом его движении сквозила нежность и забота, что приятной тяжестью скручивалось внизу живота, заставляя вновь и вновь принимать его и отдаваться ему без остатка. Когда стало невыносимо терпеть эти сладостные муки, я выгнулась, насколько позволяла стена, инстинктивно меняя положение и принимая Грая еще глубже, заставляя волка ускориться. Несколько мгновений и мой громкий стон разнесся по пещере, а за ним последовал рык волка. Бережно поддерживая мое обессиленное тело, Грай поцеловал меня в мокрый от пота висок и прошептал: