– Кстати, господин, можно кое-что спросить? – робко произнес Григорий.
– Спрашивай, – милостиво разрешил я.
– А почему вы не пытались подчинить себе мать Егора так же, как ту женщину из займов?
Я покосился на слугу и вздрогнул от нахлынувших воспоминаний. Вообще-то, положа руку на сердце, первое, что я сделал, когда снова почувствовал в себе былые силы – именно попытался воздействовать на эту страшную женщину, сделав её более покладистой и доброй. Мысленно вернувшись в тот день, вспомнил, как для наибольшего эффекта с маниакальным энтузиазмом располосовал себе обе руки и, буквально заливая кровью старый вытертый ковер и пузырившийся местами линолеум, подошел к матери Егора. В тот момент она стояла ко мне спиной и чистила рыбу.
– Эй, женщина, – грозно позвал я, заставив её обернуться и ловя её взгляд в плен своих глаз. – Слушай внимательно. Отныне ты – нежная и добрая, во всём мне подчиняешься и беспрекословно выполняешь любое поручение. Поняла?
Мать Егора пристально смотрела на меня и молчала. Я обрадовался тому, что женщина вот-вот сломается под давлением моей силы. Победно ухмыльнувшись, решил продолжить давить на её сознание, ломая:
– Ты – моя рабыня и будешь выполнять все мои приказы.
– Ты совсем охренел что ли?! – вдруг заорала женщина и отвесила мне леща огромной рыбиной.
Я потом еще несколько дней морепродуктом подрабатывал, источая рыбный аромат и позорно прячась у Григория. Короче, я пришел к выводу, что почему-то моя магия не действовала на сознание этой конкретной особы. Больше ломать её не пробовал, от греха, как говорится, подальше. Слуге же, конечно, об этом знать было не обязательно, поэтому прокашлявшись, сказал:
– Я, по-твоему, изверг что ли? Зачем так поступать с невинной женщиной?
– Это Варвара Николаевна – невинная женщина? – воскликнул Григорий и, испугавшись своего порыва, понизил голос: – С вами все хорошо, господин?
– Успокойся, Григорий, – осадил я. – Она мать этого тела. Не было крайней необходимости превращать её в рабыню, поэтому давай оставим эту тему, ты меня всё равно не переубедишь.
– Хорошо, я понял, господин, – кивнул слуга и замолчал.
К этому времени мы уже приблизились к торговому центру и, миновав автоматически открывающиеся двери, вошли внутрь. В нос сразу ударил сильный тяжелый запах фастфуда и пота. Скривившись, двинулся вперёд, засунув руки в карманы джинсов. Теперь нужно выбрать хороший бутик, где можно найти отлично сшитый костюм и удобную обувь. А тут так много всего, что глаза разбегаются.
– Я предлагаю начать исследовать торговый центр с самого верха, то есть подняться на пятый этаж, – подал голос слуга, когда понял, что я опять дезориентирован.
– Хорошо, веди, – согласился я и пошел к лифту.
Покататься на этих штуках мне ещё не удавалось, только в кино видел и в интернете читал об этом изобретении. Сейчас же, плавно поднимаясь на пятый этаж торгового центра, по достоинству оценил механизм. Голова, правда, с непривычки закружилась, и сердце почему-то сильно забилось, но это несущественные мелочи на фоне открывающихся перспектив. Не могу сказать, что техногенный мир был мне слишком уж противен. Если перемежать технологии доступной мне магией жить можно. Да, грязно и люди со своими тараканами. Но по сравнению с Винтро, который висит буквально на волоске от уничтожения, здесь хотя бы можно жить. А если ещё и удачно устроиться, то горя не буду знать до конца жизни.
Наконец, кабина лифта замерла, металлические двери открылись. Выйдя на площадку и выбрав правое направление, двинулся вдоль стеклянных витрин. Женские магазины сменялись детскими, детские – мужскими. Но пока, все что я видел, меня не устраивало. Дёшево, немодно, кричащие цвета. Жаль, что этому телу категорически не идет голубой цвет, я уже успел по нему соскучиться.
– Господин, может, зайдем вот в этот бутик? – робко спросил Григорий, указывая на магазинчик с названием «Армани».
– Давай, видел эту марку в интернете, дорогой бренд.
– Да и очень модный! – приободрился слуга и, открыв передо мной стеклянную дверь, пропустил внутрь.
В магазине было всё: от нижнего белья до верхней одежды. За полукруглой стойкой сидела улыбчивая молодая девушка.