— Туда. Там только один проход. Вы спуститесь, а потом снова подниметесь. Будьте осторожны со своей магией, вам не нужно, чтобы они вас почувствовали. — Рыцарь шагнул обратно на лестницу, остановился и оглянулся. — Удачи. — С этими словами рыцарь оставил их и начал подниматься по лестнице,
— Готовы? — Эйра посмотрела на начало лестницы.
— Я пойду первой, — предложила Элис. — Так я смогу рассортировать камни, если нам придётся туго.
— Ты слышала, что он говорил о магии. — Оливин взглянул на свой маленький вращающийся глиф.
— Я не собираюсь никого… — Элис осеклась. — Я не позволю нам умереть. Мы будем осторожны.
— Тогда я прикрою тыл, — сказал Дюко. — Моя магия — более грубый инструмент, чем твоя, но в крайнем случае сойдёт.
Это были первые слова, которые Эйра услышала от него за несколько недель. Возможно, им всем нужна была эта миссия. Особенно когда эта миссия давала возможность снова сразиться с Карсовией.
Взялись ли они за эту задачу по-настоящему, потому что должны были, или потому что были готовы к любому поводу, чтобы подраться? Этот вопрос преследовал её в глубине души. Это было одним из многих светлых пятен в её будущем с Аделой. Она всегда могла отвлечься, если ей это было нужно, пока продолжала двигаться вперёд.
Глубокие туннели начинались узкими и сужались до такой степени, что в них было трудно дышать. Воздух был густым и затхлым, в нем витали резкие запахи земли, пота и застарелого страха, который испытывали те несчастные, что медленно вырубали это место кирками. На каждой стене виднелись следы их труда: они трудились в темноте, полагаясь на физические силы, а не на магию, из страха быть обнаруженными.
— Будьте готовы, — прошептала Элис, и её голос прозвучал одновременно близко и далеко. Звук странно отражался от влажных стен. — Здесь узкий проход.
Даже, несмотря на предупреждение туннель, сжимался вокруг Эйры, грозя задушить её. Казалось, что земля поглотила их целиком, проглатывая одну зазубренную стену за другой. Прерывистое дыхание Йонлина было первым признаком паники, которая начала охватывать их.
— Йонлин.
Эйра оглянулась, и беспокойство, с которым Оливин произнёс имя своего брата, вызвало у неё страх. Что-то было не так.
— Йонлин, — прошептал Оливин поспешнее, чем в прошлый раз.
Из-за того, что пещера стала такой узкой, Йонлина почти не было видно. Он находился в другом конце от Оливина, и длинные тени, отбрасываемые глифом, почти полностью скрывали его.
— Йонлин, что случилось? Что не так? — паника Оливина нарастала вместе с прерывистым и учащённым дыханием брата.
— Темно… тесно… — прохрипел Йонлин. — Выхода… нет.
Эти слова поразили Эйру в самое сердце. В ту же секунду она всё поняла.
— Элис, расширь пещеру, — потребовал Оливин.
— Но магия… — Элис, по понятным причинам, была в замешательстве.
— Элис… — тон Оливина был таким резким, что это было почти рычание.
— Йонлин, — перебила его Эйра. Она всё ещё не могла как следует разглядеть молодого человека. Но его торопливое дыхание доходило до нее, и каждый выдох наполнял проход горячей паникой. — Йонлин, — повторила Эйра чуть громче.
Резкий вдох, пауза. Эйра провела рукой по стене, просунув ее между камнем и животом Оливина. Он попытался отодвинуться, чтобы дать ей место, но отступать было некуда. Даже ее хладнокровие пошатнулось от осознания того, насколько тесен проход. Как долго они уже не двигались. От духоты, которую создавали их тела, у нее закружилась голова.
— Йонлин, — снова сказала она, проталкивая руку сквозь плоть и камень, чтобы добраться до другой стороны. Камень впивался в её запястье, посылая покалывание и онемение по всей руке. — Здесь.
Он втянул воздух и не сразу выдохнул. Эйра тоже задержала дыхание, вытянувшись во весь рост. Что-то сдвинулось. Два пальца коснулись ее руки, и Эйра обхватила их, словно была его единственным спасательным кругом, — она боялась, что, если отпустит его сейчас, он погибнет.
Золотой свечение от глифа Оливина отразилось в двух глазах, которые обратились к ней. Эйра видела только один глаз, и сосредоточилась на нём с той же силой, с которой по-прежнему сжимала его пальцы.
— Тебя там нет. — Она подчеркнула каждое слово и все остальные невысказанные смыслы, которые были вложены в них. — Ты больше не с ними. И никогда больше не будешь.
Его дыхание выровнялось, и он в ответ сжал её пальцы.
— Ты со мной… мы с тобой. Ты в безопасности.