Сделав шаг в мою сторону, мужчина прижал меня к себе, и я не смогла сдержать слёзы, покатившиеся по щекам. Похлопав меня по спине, Алексей Сергеевич выпустил из объятий и кивнул на лёд.
- Хватит на сегодня всех этих нежностей. Покажи, на что способна, и даже не рассчитывай на жалость. Если решилась выйти с травмой на лёд, то не подведи меня. Покажи всё, на что способна сейчас, а дальше мы уже будем решать.
Я знала, что он говорит это не со зла. Грубость, которая могла бы показаться другим, была не больше чем средством стимулировать своих учеников.
- От сегодняшнего смотра зависит – соглашусь ли я подать заявку на соревнования.
Кивнув, я двинулась к катку и присела, чтобы надеть коньки, которые не стала забирать вчера и оставила здесь. Руки дрожали от волнения. Бедро ныло, но мазь помогала, и я чувствовала себя существенно лучше, чем раньше. Хоть все мышцы с непривычки болели, но я легко привыкала к этому состоянию.
Приняв вытянутую ладонь Марка, я вышла на лёд вместе с ним. Сейчас тренер хотел увидеть совсем не нашу парную работу, а мои возможности. Мы с парнем переглянулись и обменялись улыбками. В груди зародился огонёк надежды, хоть его пламя пока было слишком слабым, способным погаснуть в любое мгновение, но поддержка Марка направляла меня.
Сделав круг, вслушиваясь в такие приятные сердцу звуки скрежета льда, я въехала в центр. Двигаясь назад, я подготовилась, оттолкнулась и второй ногой помогла придать прыжку высоту и вращение. Сделав поворот в воздухе, я приземлилась и продолжила движение, показав тулуп, который вчера никак не могла сделать, упав по меньшей мере раз пять, если не больше. Бедро прострелило болью от нагрузки, но я сумела сдержаться. Попробовать выполнить аксель? Это сложный трюк, а чтобы удовлетворить тренера нужно сделать верно двойной – не меньше... Справлюсь ли я прямо сейчас?
- Достаточно! – произнёс Алексей Сергеевич. – Я увидел достаточно. Тренируйтесь. Я подам заявку сегодня же.
Мы с Марком переглянулись. Парень подъехал ближе ко мне, и в порыве эмоций я бросилась к нему в объятия. Совсем как раньше, каждый раз, когда мы разучивали новое движение и получали одобрение тренера, отточив его до идеала. Однако в этот раз ощущения были иными, и близость партнёра вызывала во мне смешанные чувства, далёкие от простой дружбы и поддержки.
- 4 -
- Куда ты постоянно сбегаешь? – спросил Владимир, когда в выходной за завтраком я сообщила ему, чтобы не ждал меня до вечера.
Вопрос застал врасплох, ведь я так и не придумала, что можно ответить на него. Какое оправдание подойдёт больше всего? Устала искать их. Может, мне действительно следовало прекратить всё? Но тогда момент вкушения плодов мести не будет таким же приятным… И всё-таки смотреть в лицо предателя и терпеть его было тяжело.
- У меня всегда разные дела. Разве я должна отчитываться? – спросила я раздражённым голосом. – Мы договаривались не контролировать друг друга. Я же не спрашиваю, почему ты постоянно задерживаешься в последнее время.
- Пф… - Владимир нахмурился. – Я работаю и готовлю своих ребят к соревнованиям, а ты… твои попытки сбежать из дома слишком подозрительны. Я понимаю, что ты лишилась своих главных целей, но важно подумать о будущем. Ты как никто другой должна понимать это.
Внутри всё закипело от желания высказать ему, что мне прекрасно известно, как он готовит своих ребят… точнее Полину. Остальных наверняка и не смотрит. Хорош же тренер. С ним действительно не прийти к победе. И на что я рассчитывала, когда доверилась ему? Неужели так сильно очаровалась им, что не замечала животной похоти, кроме которой в нём не было совершенно ничего?
- Ну, так что? Куда ты собираешься?
- Сначала в библиотеку, а потом встречусь со школьной подругой. Или нельзя?
Я уже готова была сказать мужу, что мне известна вся правда, послать его куда подальше и уйти, но всё ещё держалась. Мне удалось за эти дни достать ещё больше компромата на Владимира, скопировать переписки из его телефона и откровенные видео с признаниями, которые ему отправляла Полина. Могла бы прямо сейчас начать шантажировать его, но… сначала хотела удивить.