Я шучу, что работаю со всеми - от преступников до президентов.
Популярность - дело трудное и нелёгкое. Ещё и зависть вызывающая у коллег. У нас неплохая редакция, но люди есть люди, иногда и завидуют. Что мне чаще дают темы, что побольше зарабатываю, что чаще приглашают на мероприятия.
Иван Петрович, несмотря на некоторые опасения, любил приглашать именно меня на встречи. Прикрываясь моим характером, именем и даже внешностью. До болезни я выглядела неплохо. Как говорила мама, эффектно.
Не знаю как, даже не сознательно, но это у меня получалось. Укладывала длинные светло-русые волосы в прическу. Старалась одеваться не разномастно, а в строгие, чаще светлые костюмы. Украшений и косметики немного, но все в стиль.
Из зависти или из-за стиля одежды, но в редакции стали за глаза называть меня “королевой”. Чаще так:
- Опять свою королеву на фуршет в администрацию возьмет”.
Или позлее:
- Тему опять королевне отдаст.
Так и прижилось за последние годы. “Королева”, “королевна”...
На одном из фуршетов, ещё шесть лет назад я встретила начинающего бизнесмена Антона Чадова. Устраивали встречу с перспективными строительными организациями, пригласили журналистов. Чадов был лишь одним из претендентов.
Но тот вечер стал для него решающим. Мэр города попросил “нашу любимую всеми Марию” давать комментарии по презентациям гостей. Знал, что я никого не обижу, но что-нибудь яркое скажу.
Удачнее всего комментарии и обсуждения получились у меня именно по работе Чадова. Зацепилась за его слова, и заставила полнее раскрыть презентацию. И неожиданное даже для него чудо случилось. Город обратил внимание именно на его проект строительства.
Еще в тот вечер на фуршете Антон пригласил меня на танец. Высокий, темноволосый, с тёмными глазами, внимательный, живой в общении, он вполне соответствовал типу людей, которые были мне приятны.
Он умел быть благодарным. Цветы, ненавязчивые знаки внимания. Мы стали встречаться. Внимание Антона и, как мне показалось, взаимное чувство, закружили меня, и имеено он стал первым моим мужчиной. До него я не торопилась с выбором партнёра.
Я помогала Антону в работе, как могла. Проверяла тексты его презентаций, способствовала рекламе, была с ним рядом на всех нужных совещаниях и встречах. Антон получил хорошие заказы и не без моей помощи неплохо поднялся в строительном городском бизнесе.
Но я все ещё раздумывала, выходить ли за него замуж. Антон в начале наших встреч активно подчёркивал мою роль в становлении его бизнеса. Это было и приятно, и настораживало. Что если это только использование моего журналистского влияния, а не настоящая любовь?
Но случившаяся беременность, которую я заметила слишком поздно со своей ненормированной работой, лишила меня сомнений. Ребёнку лучше быть рожденным в браке, это мы оба понимали. Тем более, что Антон хотел быть женатым и именно на мне. Прошедший год мы были так часто вдвоем, что и на светские мероприятия нас уже приглашали вместе.
В общем, как там у Софико Чиаурели: ”При хорошей женщине и мужчина может стать человеком”¹. Антон, благодаря мне, не только в бизнесе удачно поднялся, но стал ещё и мужем, и отцом. И все, казалось бы, было хорошо.
Родилась Даша, Дарья Чадова. А я свою фамилию не стала менять, нам нельзя, так и осталась Круглова. Потому что все статьи шли под этой фамилией. Но ещё были статьи под псевдонимом.
И даже не я первый раз поставила это новое имя под статьёй, а Иван Петрович. Подписал мой саркастический опус по другому - “Королева М”. Типа, пусть думают. То ли это ник такой, то ли фамилия.
Мы смогли купить новую квартиру, вложились оба, чтобы не связываться с кредитами и ипотекой, мама ещё добавила своих сбережений. Даша росла, Тоша был внимателен и заботлив, как мне казалось, и все было хорошо. А потом я заболела…
Первые месяцы это были просто недомогания, приемы лекарств, и походы по врачам. Я работала, но периодически выходила на больничный, и в редакции это не слишком нравилось. Стали появляться первые срывы, затягивания и перекладывания работы на других. Другим это, соответственно, не нравилось.
Наш коллектив большей частью женский. И у девчат тоже на уме либо ухажеры, либо дети. А тут надо за “королеву” работать. Не хотелось, я их понимаю. Я стала все чаще выходить на больничный, работать дома, но поручений на статьи было все меньше.
А потом я слегла окончательно. И после этого жила уже в больнице. Коллеги-приятельницы первоначально приходили, и даже Иван Петрович. Из женщин потом стала приходить моя приятельница, эффектная роскошная брюнетка Валентина.