Ну, это не потому, что я иногда наведываюсь туда, советую. Нет, конечно же, не проверяю, не контролирую. Хотя мужчины чуть ли не по струнке в эти моменты ходят. Нет, я просто навещаю друзей и советую. Ну, что уж там, внимательно советую.
А так мы приводим в порядок библиотеку. Женщины убираются, я советую и говорю, где и что надо сделать. В любом случае моим помощницам эта работа интереснее, чем мыть лестницы, огромные замковые коридоры, кухню и туалеты. Можно картинки из книг посмотреть, можно поговорить, посплетничать, пообщаться, чай вместе попить. Хорошо же, и над душой никто не стоит! Человеческий фактор никто не отменял.
Параллельно я раскладываю по папкам сведения о служащих, что периодически подкидывает Дорн. Ему понравилась идея папок с “личными делами служащих”, как я называю этот блок работы. Хозяин Арчибальд Харлоу об этом ещё даже и не знает, это была личная просьба управляющего.
Он далеко не глуп, наш Дорн. Хитрован немного, но в целом все правильно, на мой взгляд, делает. И Надин он вынужденно терпит, я это вижу.
Дорн каждый день направляет с утра ко мне одного-двух служащих, по очереди, по списку в своём блокноте. И я с их слов записываю личные биографии, максимально полно, задаю вопросы.
Управляющий периодически приходит и смотрит эти дела. Видимо, ему важно, кто и что умеет делать, и у кого из служащих какие возможности.
А я считаю, что он правильно поступает. И, используя опыт из своего мира, пытаюсь в меру сил наладить подобие отдела кадров здесь. Слова ввожу немного новые, но понятные: “служащие” - вместо слуг, “личные дела” - вместо папок или досье, “контора” - вместо отдела кадров, управления или администрации. Смешно, с одной стороны, но выражения постепенно приживаются.
…
Но библиотека мне интереснее. И больше всего меня интересует ее третий зал.
Именно в магическом зале я рассчитываю найти ответы на возвращение в свой мир. Я должна вернуться. Мне надо знать, как там моя дочь Даша и моя далеко немолодая уже мама.
Надо быть уверенной, что Антон понёс наказание, и Дашенька не с ним, и не с его любовницей Валентиной. Прошло уже четыре месяца, как я здесь, и все это время мои близкие без меня и нуждаются во мне.
А для того, чтобы вернуться, я должна узнать или найти какой-то магический ритуал. И в данном случае я могу узнать это только из книг.
Поэтому взяла за правило каждый день проглядывать бегло хотя бы одну книгу и только после этого определять ей место на полке. Этим я занимаюсь лично.
Очень надеюсь, что освою мудрость веков и таинства магии. Буду, так сказать, на самостоятельном обучении. Это будут “мои университеты”¹, моя академия. И тогда сбудется то, что я хочу сделать больше всего на свете. Вернуться домой…
…
Ближе к вечеру я стараюсь заглянуть на псарню, навестить друзей и приласкать собак. Многие меня радостно ждут, особенно Руна. Все собачьи мамочки ко мне привязались, но Руна особенно.
Может быть она чувствует, что мы с ней обе иномирянки?
Я не ежедневно, но регулярно навещаю семью Руны и Белого волка. Им сделали большой вольер внутри здания псарни, и волк живёт в нем вместе с Руной, а рядом примыкает вольер для подрастающего Аксая. Остальных щенков забрала с собой королевская семья, как это и было продемонстрировано ими на аукционе перед гостями.
Сегодня я хочу немного погулять с Руной. Не все же ей только с волком общаться. Белый волк, кстати, не выглядит уже так злобно и затравленно, как в день аукциона. Он, конечно, матёрый хищник, но присутствие любимой самки сильно его смягчает. И меня он, похоже, просто терпит, раз меня любит Руна.
Выпускаю Руну на прогулку, и мы с ней движемся в сторону конюшни. От неё идем до ближайшего лесочка, и довольно далеко уходим.
Уже темнеет, сзади раздается собачий лай, нас догнал белым клубком Аксайчик. Собаки радостно скачут, гавкают, и из-за них я не сразу услышала топот коня, и не ушла вовремя в сторону. Бац! Меня хорошо откинуло в сторону.
- Проклятье! Мэлли, я задел тебя?
Слышу в наступающей темноте встревоженный голос хозяина замка. Он спрыгивает с коня и спешно подходит ко мне, приседает рядом.
Да, я неудачно приземлилась на ногу. И она ощутимо болит. Ещё и собаки лезут прямо на меня, пытаются лизнуть.
- Мэлли, не молчи! С тобой все в порядке? Где болит?
- Нога, - тихо говорю я.
Арчибальд огромными ручищами тут же вцепляется мне в ноги, осторожно прощупывая от ступни до колена, нет ли перелома. Я только успеваю ойкнуть и поправить задравшуюся юбку.