Да, железа на камеры не пожалели, построено на века, добротно. Но у нас есть теперь надежда.
Я почти согрелась, и мыслю быстрее. Тяну края голубого шара дальше, растягиваю мысленно через решётку. Тяну и тяну, представляю себе, как голубой шар проходит решётку.
И он идёт туда. Дик с готовностью ныряет в шар, чтобы согреться. Я вижу его искаженное холодом лицо, словно постаревшее. Сама, наверное, выгляжу не лучше. Но теперь мы спасены от ужасного, насквозь пробирающего холода.
- Спа-а-си-ибо, Мэл, - говорит дрожащим голосом Дик, - думал, околеем тут, помрем. Какое счастье, что ты ведьма. Ты голубая ведьма, Мэл.
Надо же, голубая ведьма.
- Вот уж я не знала ничего про себя, Дик. Я же болела, память теряла…
Мы медленно согреваемся. Шар стоит в пространстве между нашими двумя камерами, согревая даже решётку и пол. Теперь можно спокойно сесть на него. Садимся с Диком с двух сторон решётки, прислонившись к теплому железу, как к батарее.
Теперь можно даже поспать, не боясь уснуть навеки. Или поговорить про голубых ведьм. Интересно, что ещё Дик про них знает.
- Дик, ничего про ведьм не знаю, я же память потеряла, - начинаю я.
- Мэл, с чего ты так считаешь? Все у тебя с головой в порядке. Ты же очень умная. Отец вон как тебя слушается.
- Ну, я не помню, Дик, где раньше жила и что делала, даже откуда я, не знаю. И ничего по голубых ведьм не помню. Расскажи мне про них, что знаешь, Дик.
- Да я тоже знаю немного, со слов той лесной ведьмы. Она очень старенькая уже была. Но народ её в селе знал и берег. Заботились о ней. Еду ей носили, помогали по очереди. И никому про неё пришлым или господам не рассказывали. И все в сёлах своих ведьм берегли.
- А почему ведьм скрывали, Дик?
- А потому что они из народа вэлби. Раньше в древности такие были. Их вэлби звали. С ними запрещали общаться, мне говорили про это. Говорили, что они предали страну, и из-за них Вольтерру чуть не захватили.
Вот как. Предатели, значит.
- Но народ простой в это не верил, Мэл. Каждая деревня старалась найти свою ведьму вэлби и беречь её. Это как священная тайна у простого люда была. Только под пытками могли проговориться.
Надо же, пытали даже из-за ведьм…
- А почему их берегли, ты знаешь?
- Потому что только они могли вылечить самые страшные, неизлечимые болезни. Это же очень важно было. Мы же не драконы, чтобы самим себя вылечить. Человек уже умирает, с ним прощаются. А потом приходит лесная ведьма - и он оживает, поднимается. Их поэтому очень уважали.
- А их не боялись?
- Боялись немного, помнили, что их считали предателями. Но уважали и поэтому их берегли и прятали от карателей. Да они и сами хорошо прятались. Их дома никто не мог найти. Только если ведьма умирала, или уходила, находили домики. Ну, или если специально для новой ведьмы строили, в тайне. Они их потом невидимыми делали.
- А как тогда находили?
- Приходили на ведьмины поляны, звали с собой, плакали, говорили, какая болезнь. Или больных на поляну вели. Ведьмы тогда словно из воздуха появлялись. Они исчезать могли даже, так говорили, но не все.
Я с изумлением слушаю народную мудрость в исполнении словоохотливого Дика. Он всегда был разговорчивым, в отличие от отца. Вот, значит, к какому типу я отношусь. Лесная ведьма из народа вэлби, голубых магов.
Только занесло меня не в лес, а на городскую площадь. Что-то, видимо, в настройках портала древнего мира сбилось. Или меня сознательно под копыта коня Арчибальда засунули?
- Никому лесные ведьмы за последние столетия зла не сделали, только лечили. И роды ещё принимали, даже с самыми тяжёлыми справлялись. Потому их женщины особо берегли. Каждая хочет матерью стать.
- А что сейчас с вашей ведьмой? - спрашиваю я Дика.
- Умерла она, год назад. Она очень старенькая была уже, больше ста лет жила. Ее Варрой звали. На поляне нашли мёртвое тело и избушку её. Скромную очень.
- Похоронили?
- Конечно. Похоронили неподалёку, со всем уважением. Народ плакал очень, все добрые дела её вспоминали. Говорили, что без ведьмы совсем осиротели. А тут на наше счастье ты появилась.
Да, получается, год назад умерла ведьма Варра. А потом меня забросили сюда.
- Дик, - прошу я, - давай никому пока не будем говорить, что я умею. Мало ли что. Я ещё и сама ничего не помню.
- Нешто я не понимаю? - разволновался Дик. - Тебя вообще беречь и прятать надо. Ещё Надин эта гадкая. Никто не должен знать в замке, что ты ведьма. Никто.