– Он на машине был? – тут же заинтересовался Серьга. – Есть же видеорегистратор.
– Нет, машину он не брал, – с сожалением заметил Соколиный Глаз. – У жены создалось впечатление, что он отправился куда-то недалеко. И вот еще что. Если остальных нашли в тех местах, где их убивали, то тело фотографа перемещали. Место убийства неизвестно.
– Убийце было важно оставить тело в том месте на берегу, – сказал Олег. – Это послание для Алисы.
– И это еще один странный момент, – тут же охотно подхватил Соколиный Глаз. – Эта женщина. Пока мы точно знаем две вещи. Убивают тех, кто провел ночь в ее доме. И то, что на время каждого убийства у нее алиби.
– Про алиби я проверил, – тут же вставил Серьга.
– Мы еще знаем, – напомнила Валька, – что их почему-то убивают именно возле кафе или кабаков, где жертвы бывали именно в компании Хель. Это тоже какие-то послания?
– В целом, – стала размышлять Мышка, – мы можем предложить, что убийца зациклен на Алисе. Но… слишком мало личностного момента. Если бы он оставлял на трупах ее любимый цветок или… в прямом смысле слова послание ей, тогда версия была бы подтверждена. А так… это вообще может быть имитация действий маньяка.
– Без цветов и любовных писем мне спокойнее, – чуть насмешливо признался Олег. – А так я согласен. Если это все-таки маньяк… Почему он начал только с фотографа?
– Но ведь, как я понимаю, Иван Корнилов был для Алисы очень близким человеком, – напомнила Мышка.
– Вот именно! – с жаром подхватил Соколиный Глаз. – А остальные жертвы вообще относятся к категории ее случайных знакомых.
– Согласен, – поддержал его начальник. – Одна из ее подруг мне говорила, что после смерти фотографа к Хель регулярно ездили все друзья. Если бы она реально была бы навязчивой идеей маньяка, он выбирал бы тех, кто по-настоящему Алисе близок.
– Идея убивать тех, кто просто у нее ночевал, какая-то очень поверхностная, – резюмировала Валька. – Или просто кто-то зачем-то нам упорно такую версию подсовывает.
– А что из этого сценария выбивается? – спросил свою команду Олег. – Только первый эпизод.
– В истории серийных преступлений, – заметила Мышка, – часты случаи, где на самом деле убийце важна лишь одна жертва. Остальные преступления – это лишь маскировка.
– И чаще всего важна именно первая или последняя жертва, – блеснул познаниями Серьга. – Пока все указывает, что в нашем случае важно убийство фотографа.
– А это значит, – Олег чуть улыбнулся, причем не насмешливо, он был доволен работой своей команды, – что наш типа серийник кто-то из окружения фотографа.
– Тогда преступник точно знает, как Алиса была привязана к этому фотографу, – предположила Мышка. – И потому выбрал ее. Ну, чтобы потом устроить еще несколько якобы связанных с ней убийств.
– Логично получается, – заметила Валька и вдруг нахмурилась: – Только… не значит ли это, что Хель тоже станет жертвой убийцы?
– Пока она жива, – напомнил Олег. – И ближайшее время будет все время здесь.
– А ночью? – забеспокоился Серьга. – Ты запрешь ее в камеру? Для сохранности?
– Нет, – почти безмятежно возразил ему начальник. – Я пока поживу у нее.
Команда изумленно молчала. Валька таращилась на спортивную сумку, стоящую скромно под доской.
– Я понимаю, что это странный вопрос, – взял на себя смелость Соколиный Глаз. – Но… Ты реально волнуешься о ее безопасности?
Его коллеги переглянулись. За три года совместной работы их Бездушный начальник вообще ни за кого не волновался. Не то что за свидетелей, даже за подчиненных. Предположение старшего детектива прозвучало как-то дико.
– Пока мы не знаем истинных мотивов, – чуть усмехнулся Олег. – Но преступник убивает тех, кто провел ночь в ее доме. Я беспокоюсь о собственной безопасности, потому что был у нее этой ночью. Зато пока я там, есть шанс, что не будет новых жертв.
– Это если наша версия верна, – тихо заметила Мышка. – А вдруг это настоящий псих? Он может изменить стиль убийства.
– Может, – покладисто согласился начальник. – Похоже, наш внештатный консультант думает, что дело реально в ней.
– Этого нельзя исключать, – сказала Надюха. – Но все же из всех погибших ей был по-настоящему близок только этот Иван. Первая жертва.
– Ага! – оживился Серьга. – И ты сам сказал, что его труп оставили в том месте, которое важно для них двоих. Алиса считает это посланием убийцы ей. Так, может, преступник с ними обоими и связан?