Хотя нет, к черту чай! Где-то здесь была аптечка, глотну успокоительного.
Довели, поганцы!
«You want to be my homie
Funky and fabulous
Don't hate me cause I got it
Fabulous
You know I'm going to flaunt it
Fabulous
Going to make you want it
I'm so fabulous».
«Fabulous» Chelsea Staub.
Изабелла.
— Сегодня у нас в студии особенная гостья! Встречайте, Изабелла Октавия — королева неспящих! — за этими словами ведущего ожидаемо последовали аплодисменты массовки из зрительного зала.
Кокетливо улыбаясь, я поиграла в воздухе наманикюренными пальчиками.
— Все мы ужаснулись, узнав о дерзком покушении на ваше величество. Как вы можете прокомментировать это происшествие?
— Хочу сказать неизвестному, который устроил эту автоаварию… — серьезно начала я, тут же расплываясь в игривой улыбке:
— … Чтобы он продолжал в том же духе!
Согласно сценарию зал ахнул после этих моих слов, и я с удовольствие продолжила эпатировать публику:
— Ах!.. Давненько я так не веселилась! Прямо вспомнились времена моей бурной молодости. О, этот бодрящий вкус яда по утрам! М-м! — приложив руку к груди, я картинно закатила глаза.
— Правда ли это, что вас сожгли на костре в девяносто третьем году до нашей эры? — с любопытством поинтересовался ведущий.
— Чистая правда! Мне было так весело! И не только мне, в те времена люди умели развлекаться! — с энтузиазмом ответила я.
— Многим ли современные люди отличаются от живших две тысячи лет назад?
В ответ я кокетливо повела плечом.
— Отличия, бесспорно, есть, но, в основном, в мелочах. В целом же, люди все те же. И я считаю, что это прекрасно! Я люблю людей! — с этими словами я послала на камеру легкий воздушный поцелуй.
Зал одобрительно загудел, и вновь зазвучали краткие аплодисменты.
— Вы принесли сегодня с собой что-то интересное, покажете нашим зрителям?
— С удовольствием!
Я подняла с пола свой любимый двуручник.
— Какая красота! — восхитился ведущий, и я была с ним полностью согласна.
Широкое лезвие меча с обеих сторон было украшено тончайшей гравировкой, а возле крестовины золотом было выведено мое имя.
Рисуясь, я повращала клинок, сделав пару «восьмерок» спереди и сзади.
— Это подарок одного из моих мужей, — прокомментировала я, любуясь игрой света на лезвии.
Ведущий подобрался, почуяв запах сенсации, этого в сценарии не было:
— Эта часть вашей биографии окутана тайной. Не расскажете поподробнее?
— Ах, что рассказывать? Увы, оба моих мужа умерли, оставив меня совсем одну… — я сделала грустное лицо.
— Сочувствую вашей потере! — фальшиво соврал ведущий.
— И, все же, кем они были? — продолжил он гнуть свою линию.
— Один был императором, а другого брак со мной сделал королем, — расплывчато ответила я, даря зрителям загадочную улыбку.
Чтобы окончательно сменить тему, провела еще несколько стремительных выпадов, на сей раз в комплексе с эффектными прыжками и пируэтами. Особую пикантность этому представлению придавала экстра-мини длинна моего платья.
— Просто жду не дождусь, чтобы снова опробовать моего красавца на злоумышленниках! — целуя лезвие, мечтательно сказала я, игриво подмигнув камере.
— Это была королева неспящих, Изабелла Октавия! Вы великолепны! — льстиво воскликнул ведущий.
Улыбаясь, я протянула ручку для его слюнявого мерзкого поцелуя.
— Вы ведь еще вернетесь в нашу студию? — заглядывая мне в глаза снизу вверх, спросил он.
— Непременно, если все мы будем живы, — ответила я, и зал вместе с ведущим лицемерно засмеялись над этой довольно сомнительной шуткой.
Да… В одном истина непреложна.
Времена идут, а люди не меняются.
«…We can run all night
Running, running, yeah…»
«Running all Night» Zayde Wolf.
Вероника.
Благодаря лечению Руфа, моя рука заживала невероятно быстро. Побочными эффектами были только зуд и легкая ломота, но это пустяки. Он обрадовал меня новостью, что уже через пару дней гипс можно будет снять.
Воистину, магия исцеления — это по-настоящему круто! Если бы мне предоставили выбор, то я бы, наверное, без оглядки променяла бы силу подчинения на способность исцелять. Но, увы, это невозможно. Приходится жить с тем, чем наградила природа.
Обещание съездить в Лихтайн, данное Изабелле, мы планировали выполнить после снятия гипса.
К счастью, после той ужасной выходки, Квинт сбавил обороты. Вообще, эти два дня я его не видела, ушел в отгул, наверное, я не интересовалась.
Как без него спокойно! Тишь и благодать!
Но, эти два спокойных дня промелькнули слишком быстро, и вот мы уже все вместе поднимаемся на вертолетную площадку над нашим убежищем.
Кстати, снаружи я его еще не видела, а посмотреть было на что.
Кругом, насколько хватало глаз, высились неприступные горы. Наш бункер был прямо в толще одной из них, и только площадка для посадки вертолета (обычно надежно замаскированная) выдавала, что эта скала немного не такая, как остальные.
Мда… А ведь я даже не имею понятия в какой части света мы сейчас находимся. Эти горы могут быть где угодно.
Спросить? А смысл? Хотя и любопытно немного…
Наш вертолет летел довольно долго, не меньше трех циклов. Приземлился на пустынном частном аэродроме рядом с маленьким, но очень красивым белым самолетом.
Ух, ты! Частный самолет! На таких мне летать еще не доводилось.
— Активируй режим обогрева, этот самолет был построен только для перевозки неспящих. В салоне будет прохладно, — посоветовал Руф. Он указал на грудь моего облегающего фигуру комбинезона. К слову, я изрядно удивилась, когда блондин настоял, чтобы я надела именно его, но спорить и упираться не стала. Этому мужчине я верила, хотя, может, и зря.
Я послушно прижала ладонь к груди чуть выше сердца. Одежда тут же начала нагреваться, причем вся, включая и сапожки без каблуков, которые прилагались к комбинезону.
Прикольно… Интересно, для чего была создана подобная термо-одежда? Не поверю, что только лично для меня.
Я задала этот вопрос Руфу.
— Неспящие не могут без наружного подогрева долго переносить слишком низкие температуры. На сильном морозе наши тела замерзают, и мы можем превратиться в ледяные статуи, — ответил он.
— Наверное, все, кроме владеющих магией огня? — уточнила я.
— Да, себя я могу обогреть и сам, — подтвердил блондин.
Я некстати вспомнила, что руки у него, когда он прикасался ко мне для осмотра или забора крови, всегда были теплыми, как у живого.
Обогревал их для специально меня?
Я тряхнула головой, прогоняя эти неуместные мысли.
Вот пробудится моя сила, сниму с них внушение Изабеллы, тогда и посмотрим…
В салоне самолета действительно оказалось довольно прохладно. Пар изо рта, конечно, не шел, но по ощущениям было очень близко к тому, что еще чуть-чуть и пойдет. Если долго сидеть в неподвижности, можно быстро замерзнуть, так что дополнительный подогрев был весьма кстати.
Едва стоило нам набрать высоту, снова началось.
Опять Квинт принялся задирать Сципиона:
— Вот скажи мне, палочка, как ты умудряешься совмещать ненависть ко всему и вся с таким спокойствием и невозмутимостью?
— Я терпелив, — ровно ответил Сципион, при этом Квинт даже не удостоился ответного взгляда.
— Пока будешь сидеть на попе и терпеть, Вероничка сама в руки не прыгнет. Знаешь, какая она на вкус? М-м-м!..
В мгновение они вскочили на ноги и встали в проходе между креслами.
Больше всего неспящие сейчас напоминали боксеров перед поединком, когда те стоят и сверлят друг друга взглядами.
Скривившись, я страдальчески закатила глаза.
Атмосфера в салоне самолета накалилась, резко завоняло тухлым тестостероном…
Надо это срочно прекратить, но, как же неохота! Кто бы знал, как они мне надоели!..
— Во время путешествия настоятельно прошу воздержаться от ссор! — твердо сказала я, охлаждая горячие головы.