Вероника.
Гул аэрокара за стеклом моей спальни отвлек меня от монитора.
Оглянувшись в ту сторону, я пораженно расширила глаза.
Прямо на меня из окна летающей машины смотрело дуло огнестрельного оружия…
Все произошло в какие-то доли мгновения.
Входная дверь в комнату разлетелась в щепки, и меня сбило на пол тяжелое массивное тело. Сципион.
Над нашими головами раздались выстрелы.
Лопнуло, осыпаясь осколками, стекло.
Прижатая к полу, я мало что видела, но сразу почувствовала, когда чужая воля навалилась, подавляя и ломая щиты.
— Всем стоять! — уши без труда вычленили из окружающей какофонии звуков тихий приказ.
Я боролась, но, все же, медленно встала рядом со Сципионом, разворачиваясь лицом к окну.
Руф и Квинт тоже были здесь. Они застыли в напряженных позах, с их рук уже готовы были сорваться смертоносные заклинания, но мужчины продолжали удерживать их, не в силах пошевелиться. У Руфа уже начала гореть одежда, пламя от огненного шара перекинулось на рукав…
Дверь аэрокара открылась, и в широкий, во всю стену, оконный проем, легко впрыгнул мужчина.
На меня посмотрели очень знакомые зеленые глаза… Меня обожгло догадкой: Марк?
Под его элегантными туфлями скрипнули осколки.
Небрежно поправив воротник идеально сидящего костюма, он приказал моим охранникам:
— Умрите.
— Нет!!! — закричала я.
Это было похоже на взрыв сверхновой!
Силы хлынула из меня сразу во все стороны, и в тот же миг я ощутила себя всемогущей.
Разумы всех неспящих поблизости открылись мне, я могла отдать им любой приказ, и они бы подчинись. Даже сын Изабеллы.
Следующий вдох (секунда) тоже был очень долгим, насыщенным и богатым на события…
Парни отмерли мгновенно. Сципион снова повалил меня на пол, закрывая собой. Руф и Квинт бросили в Марка свои заклинания.
Я успела краем глаза поймать его насмешливый взгляд, когда из аэрокара выпрыгнул еще один неспящий, закрывая сына Изабеллы своим телом. Фигура несчастного мгновенно запылала, и одновременно с этим ее прошил насквозь целый рой ледяных игл.
Но Марка уже не было, он успел запрыгнуть в улетающий аэрокар.
— Сегодня твоя инициация и сила на максимуме, но чуть позже я еще вернусь, и ты пожалеешь, что посмела пойти против своего господина! — раздалось у меня в мозгу.
Сципион подхватил меня на руки и стремительно понесся прочь из ставшего вдруг опасным номера.
Когда он прыгнул прямо в колодец между витками огромной спиральной лестницы, я вскрикнула от неожиданности.
Двести тридцатый этаж… Я трусливо зажмурилась.
У самого пола он замедлил наше падение, и без проблем мягко приземлился на ноги. Сразу за нами прыгнули и Руф с Квинтом. Сципион подстраховал в полете и их, обеспечив мягкую посадку. Они рванули вперед, обгоняя нас.
Меня приставили к стенке, закрыв с другой стороны могучим телом, пока ребята проверяли другой номер, уже на подземном этаже.
А ведь они изначально хотели поселиться здесь…
Я виновата сегодня. Если бы не моя прихоть…
Но внутренний голос подсказывал мне, что тогда Марк бы просто нашел другую лазейку, и мог пострадать кто-то из невиновных…
— Чисто! — донеслось из-за двери, и меня втянули внутрь.
Мгновенно дверь за нашими спинами закрылась, отрезая нас от опасностей внешнего мира.
Только здесь, в номере, я немного расслабилась, но только стоило мне это сделать, как меня сразу же унесло в черное забытье обморока…
Изабелла.
Его приближение я почувствовала заранее.
Мария упала лицом вниз, откатываясь под скамью, как и было ранее обговорено между нами. Больше никого поблизости не было. Лишние жертвы ни к чему.
Он тоже был один. Вошел не спеша, и деланно равнодушно взглянул в мои глаза.
— Я смотрю, ты не рада меня видеть, мама, — сказал он, останавливаясь в десятке шагов от меня.
— Мой сын умер давным-давно. Все то, что сделал ты, Марк не совершил бы никогда.
Он насмешливо изогнул бровь.
— Ты убил не только своих врагов, ты приказал умереть и тем, кто был предан тебе до конца. Они все, без исключения, для тебя лишь средства для достижения цели. Чего ты добиваешься?
Он рассмеялся.
— Короля больше нет, а ты — никогда не умела править. Надо же, придумать тратить уникальную божественную силу на то, чтобы угодить этим ничтожествам.
Он кивнул в ту сторону, где лежала Мария.
— Ты — человек, как и они.
Мой голос был тих, но тон непреклонен.
— Нет! Я был рожден неспящим! Я не человек, и никогда им не был. А ты можешь и дальше цепляться за свое прошлое, обманывая себя и других! Настало время навести порядок, и я, новый король, сделаю это! Преклони колени или умри!
Он ударил силой, но я закрыла разум щитами, которые тут же с почти слышимым скрипом прогнулись — вот-вот лопнут.
— Считаешь всех окружающих никчемными ничтожествами? Они — пустое место для тебя? Стремишься к единоличной власти, но что она тебе даст? Чем ты отличаешься от Разрушителя, сидящего посреди мертвой пустыни? Царь пустоты и безраздельный владетель над тем, что для него не значит ничего — вот кем ты станешь в итоге!
— Мне плевать на твое мнение! Я сделаю это потому, что могу!!!
— Нет.
Я ответила ему спокойно и твердо, снимая все блоки со своей силы. Она рванула, сметая оставшиеся плотины, как бурная река, стремительным, ревущим потоком. Наши силы схлестнулись в незримом противоборстве.
Ему не хватило чуть-чуть. Он был моложе, и не так опытен. Его поток был не так четко сфокусирован, как мой.
У нас уже давно сочилась кровь из носа, ушей и глаз, когда я почувствовала — еще совсем немного, и я переломлю его волю.
— Ты — человек! — шепнула я ему, перед тем, как огонь сознания в его глазах потух.
Вот и все.
Пошатнувшись, я осела на пол, глядя снизу вверх в его такое знакомое и родное лицо. Возможно, в последний раз.
Создатель, почему? Хотелось заплакать, но я не могла.
Когда минута слабости миновала, я встала на ноги.
— Поднимайся! Покажу тебе одно место, — сказала я Марии.
Мария.
После долгого перелета и почти такой же долгой прогулки через метель по обледенелой земле, мы спустились в замаскированную шахту.
Лифт ехал вниз недолго. Здесь не было так холодно, как на поверхности, но зато, как пояснила Изабелла, минусовая температура была постоянной в любое время года.
Лежащий в криокапсуле хозяин следовал за нами. Ее несли двое неспящих из свиты королевы.
Довольно долго мы шли вдоль одного из рядов неглубоких пустых ниш. Таких рядов тут было много, и не все ниши в них пустовали.
Остановившись у крайней свободной, Изабелла велела поставить в нее хозяина, превращенного холодом в обледенелую статую.
Недолго полюбовавшись результатом, она протянула мне пистолет.
— Свои обещания я выполняю, — сказала королева.
Я взяла оружие из ее рук и, сняв с предохранителя, направила дуло в его голову.
— Но я прошу тебя не делать этого. Пока что, — тем не менее, добавила она.
— Это потому, что он — твой сын? — не опуская оружия, спросила я, про себя отмечая, что королева не требует, как могла бы, а именно — просит. Приятное открытие. Эта женщина не на пустом месте пользуется всеобщей любовью…
— Нет. Не поэтому, — ответила она, махнув рукой вглубь длинной горизонтальной шахты, уходящей в темноту:
— Взгляни туда. Они все здесь. Мятежные воины, заблудшие души. Однажды, может настать день, когда мы все плечом к плечу встанем на защиту нашего мира. И тогда они пойдут на острие атаки, искупляя свои грехи… А может и не настать. Тогда они останутся здесь навечно.
Королева некоторое время молчала, а потом тихо продолжила:
— Моего мужа и короля больше нет. И в случае войны, некому будет повести легионы в бой. Марк справится с этим. А я справлюсь с ним, если он вновь перейдет черту. Но свое обещание я сдержу. Если он выйдет из-под контроля — убьешь его именно ты. Я подготовлю тебя. Внушение тебе будет не страшно.