— Ой, да ладно, Белли. Не будь… — проворковал он ласковым тоном, от которого меня бы стошнило, если бы я и так не чувствовала тошноту от осознания того, что меня собираются съесть.
О Боже. Этот котел был для меня. Они собирались сварить и съесть меня.
— Не смей, — резко прервал его Бельфегор, подняв тонкий, ухоженный палец. — Я же сказал тебе не называть меня так.
Маммон хохотнул и понизил голос до гулкого шепота.
— Ты же не возражаешь, когда я вхожу по самые яйца в твою сладкую попку, брат.
Покачав головой, Бельфегор повернулся и потащил меня через зал, не сводя глаз с железной двери в углу.
Я не была уверена, куда он меня ведет — снаружи не было видно, чтобы здесь было много места для спален или ванных комнат, но я был рада, что ушла от Маммона. Жар, исходящий от его пламенных крыльев, раздражал меня.
Что бы Бельфегор ни имел в виду под «более интересными» вещами, которые он собирался со мной делать, они должны были быть лучше, чем планы Маммона съесть меня на ужин. Это был самый тонкий лучик надежды, но все же он был.
Железная дверь открылась в удивительно широкий коридор, который, должно быть, вел из самой кузницы в замок, которого я не видела по пути сюда. Здесь было немного прохладнее, но все равно достаточно жарко, чтобы я потела. Еще немного, и я наполовину сварюсь, даже не дойдя до кастрюли.
Я ожидала, что мы будем идти в тишине, но, когда мы свернули во второй коридор, от Бельфегора донесся непрерывный поток бормотания.
— Какая жалость, — пробормотал он, покачивая головой, и его длинные белые волосы дернулись. — Хотя он и не был самым умным.
— Ты говоришь о Маммоне? — я попыталась завязать разговор, желая получить информацию. Если бы я могла узнать от Бельфегора что-нибудь — что угодно — что помогло бы мне выбраться из этого адского места, я бы не упустила эту возможность.
— Да, он такой… жадный, — Бельфегор фыркнул. — Как будто это удивительно, но все должно быть по его, и никак иначе.
Он распахнул дверь, за которой оказалась пустая спальня, и потащил меня в ванную. У меня сжалось сердце, когда я поняла, что Бельфегор будет купать меня. Мне совсем не нравилась эта мысль, особенно после всего того, что со мной сделали его братья.
— Если ты попробуешь сбежать, я превращу тебя в кровавое конфетти, — он показал свои ухоженные ногти, которые точно разрезали бы меня на кусочки. — Поняла?
Я кивнула, неловко переминаясь с ноги на ногу, пока он копался в своей пышной груди и доставал железный ключ. Он быстро вставил его в замок, прикрепленный к моей цепи, и она с громким звоном упала на пол.
Впервые с тех пор, как на меня надели цепь, я смогла свободно дышать.
— Действительно жаль, — он цыкнул языком, подойдя к ванне на ножках и включив воду. Она была такой горячей, что комната сразу наполнилась паром. — Мы могли бы развлечься гораздо лучше.
Его голодные глаза блуждали по мне дольше, чем мне хотелось, и я скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться.
Я не имела представления, какую садистскую пытку мог придумать Бельфегор, но не могла представить ничего хуже, чем быть съеденной. На самом деле, я была готова поспорить, что любой вариант, который придумает Бельфегор, будет в миллион раз лучше, чем быть сваренной заживо и съеденной демоном.
Если бы я могла убедить Бельфегора в том же, у меня был бы шанс выбраться отсюда. Я должна была хотя бы попробовать.
— Как развлечься? — спросила я, стараясь придать своим словам невинный тон.
Бельфегор поднял глаза, встретил мой взгляд, и я замерла. Его было невозможно понять, тем более что он предстал передо мной не в своем истинном обличье. Он был оборотнем, демоном обмана. Насколько я знала, вся его личность была притворством, и он даже не заботился о Маммоне.
— Есть много вариантов, — уголок его губ поднялся в ухмылке. — Хочешь, я тебе покажу один из них?
Глава 25
Рэйвен
Мое горло сжалось, когда Бельфегор посмотрел на меня сквозь пар, заполнивший ванную комнату, и я задалась вопросом, что он имел в виду. Что бы это ни было, ничего хорошего из этого не выйдет.
Но все равно это лучше, чем быть съеденной… Я повторяла себе это, когда он направился ко мне, со злым блеском в своих черных как смерть глазах. На каждый его медленный шаг ко мне я делала два назад.
Он хихикнул, как будто мой страх его развлекал.
— Да ладно, ты же сама спросила, что я для тебя приготовил. Разве не хочешь попробовать?
Нет, я не хотела пробовать. Если это было связано с какой-либо частью его тела, я бы ее тут же откусила. Может, он еще не слышал, что я сделала с Асмодеем…