– Ага, – раздалось из недр одеяла.
– Тогда буду ждать тебя там, – тепло улыбнулся блондин, чмокнул девушку в нос и обернулся на других парней, уже ожидавших Каина у двери. – Вы, кстати, тоже приглашены.
– Куда? – тупо спросил Михаэль.
– На нашу эльфийскую свадьбу.
Монах с оборотнем переглянулись. Опять они остались не у дел. Одному с самого начала отказали, второму уже после помолвки. Ну как отказали. Не прямо, а очевидным выбором в пользу обаятельного сына князя. И пусть они всячески обещали королеве услуги сводников, самим на месте того самого единственного и неповторимого оказаться, несомненно, хотелось.
Для Фредерики они друзья. Старые добрые Михаэль и Файн, всегда прикрывающие ее спину от неприятеля. Но дай она хоть один намек, один лишь намек на взаимность – схватили бы в охапку и ни светлому, ни дракону без боя бы не отдали.
– Одиннадцать часов, карета, – еще раз бросил девушке Каин и вышел с остальными из временных покоев королевы.
А у той начался предсвадебный мандраж.
«Все слишком быстро. Я не готова. Где взять белое платье? Я страшная. Может, еще не поздно передумать? Ах, где ж моя названая мамуля, когда она так сильно нужна?»
Глава 10.3
Готова она была уже часам к девяти. Идти разыскивать Альбьертино так не решилась, поскольку все еще остерегалась получить втык за испорченное газовое платье. Надела свое багряное по стандарту. Причесалась. Заодно и шею докрасна расчесала от волнения. Такой важный шаг! Главный день в жизни всякой женщины, как твердили ей женские журналы в родном мире.
Села, встала. Навернула пару кругов по комнате. Села, снова встала и принялась ходить. И так продолжалось ровно до тех пор, пока на циферблате часов выпуклый треугольник не показал без пяти одиннадцать.
Королева потушила свечи, выскользнула из комнаты, и уже через пять минут за ее спиной захлопнулись дворцовые ворота. Как и обещал Каин, на площадке перед лестницей ее уже ожидала карета. Квадратная, белая с серебристой отделкой. Фредерика даже Золушкой себя почувствовала. Туфелек только не хватало хрустальных, но если бы даже они имели право на существование, непутевая королева все равно бы их разбила. Можно ни чуточки в этом не сомневаться.
Подобрав подол, она мелкими шажками спустилась с лестницы, отворила дверцу эльфийского экипажа…
– Доброй ночи, Ваше величество, – отсалютовал Михаэль, сидя у противоположного окошка.
Сидевший напротив него Файн с улыбкой кивнул, подал девушке руку и усадил подле себя. Захлопнул дверцу. Карета тронулась.
В присутствии друзей королеве стало почему-то еще неспокойнее. Может, чувствовала, что они тоже совсем не прочь остепениться?
– Ты уверена? – Монах нарушил молчание через несколько минут, когда Фредерика уже чуть ли не рвала подол, нервно перебирая его пальцами.
– В чем? – вернулась она в реальность.
– В том, что замуж за Каина хочешь.
– Я…
– Он не просто так выбрал именно эльфийскую церемонию, – Файн тоже посчитал нужным высказаться. – Она ближе всего к богам. Если другие страны, даже Светлогорье, допускают разводы, то эльфийский брак – брак на всю жизнь.
– Действительно ли ты готова к такому серьезному шагу? – еще раз уточнил Михаэль.
Фредерика переводила растерянный взгляд с одного на другого и обратно, покусывая нижнюю губу и продолжая теребить разнесчастный подол.
Первый брак, да сразу на всю жизнь, без возможности расторжения. Вот что такое серьезные намерения, а не цветы с конфетами и серенады под окнами. Конечно, королева была польщена решением светлого, но когда он планировал рассказать ей об этих кро-о-охотных условиях? После церемонии? Никогда? Или же парень переживал, что узнай Фредерика обо всех подводных камнях, и свадьбе не быть? Не любит же свободолюбивое величество, когда ее в рамках держат. Но еще сильнее величество не любит, когда ей лгут или скрывают всю правду, что, в общем-то, вещи равносильные.
Но к чему это бессмысленное препирательство с самой собой и вредность, если она сама желает заполучить харизматичного хитропопого мага и уже давно?
– Я готова, – отчеканила девушка и резко выдохнула. – Не переживайте за меня.
Знала бы она, что переживают они за самих себя…
Прошло еще минут десять, и тишина давила на барабанные перепонки сильнее самого громкого шума.
– А у меня ведь даже девичника не было… – расстроено протянула невеста. На тему родного мира она могла рассуждать бесконечно, и пора было воспользоваться этой возможностью.