Грег сидел за столом вполоборота к гостям и смотрел сейчас на удивительное звездное небо. На его коленях возник Бон и дедушка стал поглаживать котика.
– Что ты хочешь узнать, Марго?
– Если уж быть честной до конца, то всё. Почему я могу использовать светлую магию? Почему мне нельзя было ее никому и никогда показывать? Почему я владею словом, хотя такие таланты рождаются раз в столетие? И наконец, почему дух темного мага, жившего три сотни лет назад, является мне и заявляет, что я стану его королевой?
– Насколько внимательно и хорошо ты читала историю Мордреда Хелиаса? – немного помолчав задал ей встречный вопрос дедушка.
– Достаточно подробно. В мои руки попала книга, в которой рассказана история трехсотлетней давности.
– Как думаешь, кто рассказал эту историю?
– Эрамона? Та самая женщина, что всегда была в тени лучших магов Аргона.
– Многие ошибочно полагают, что все началось из-за нее. Но это не так. Вина целиком и полностью лежит на роде Фарамер. Если бы тогда Николаус не поддался алчности, гордыне и не упивался своим величием, все могло быть иначе. Но увы, людская природа не зависит от магии. Она формируется семьей и обществом. И общество было именно таким: алчным до всего.
– Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь, дедушка. Давай уже не юли. На кону моя жизнь. Если ты не заметил на мне все еще висит проклятье Мордреда.
– Вижу. Не торопи. Странно, что ты сама еще не догадалась. В чем была особенность Эрамоны?
– Насколько мне известно она была ни темная, ни светлая.
– Именно! Ей подчинялась магия обеих стихий.
Марго зависла на минуту. Потом подавилась чаем. Боня помог лапками убрать чашку и подал платочек девушке.
– Да, милая. Ты верно все поняла. Поначалу, когда я встретил твою бабушку, то чувствовал в ней некую дремлющую силу. И я предполагал, что она должна пробудиться, но я не подозревал, что это произойдет именно с тобой, через поколение. Ты прямой потомок Эрамоны, в ком собралась вся ее сила. Когда я понял это в твоем детстве, то осознанно скрыл это от всех. Тогда ты проявила интерес к магии проклятий. И мне пришлось заключить сделку с Фурье. Старый пройдоха только рад был такой способной ученице. Но взамен мы скрыли твои способности к светлой магии. Кроме нас двоих никто не знал об этом.
– Выходит профессор все знал? - девушка теперь поняла, почему наставник часто намекал на то, что нужно поговорит с дедушкой.
– Знал и помогал тебе на протяжении всего обучения. Нет милая, не думай, что он делал это по принуждению. — поспешил сказать Грег, видя как расстроилась Марго. – Так уж вышло, что он привязался к тебе, о чем неоднократно мне говорил.
– Допустим. Я могу поверить в то, что потомок Эрамоны, но что от меня нужно Мордреду. И что мне теперь делать с этим наследием?
– О, ну что делать, пусть тебе скажет сама носительница силы.
– Она мертва, - скептически заметила ведьма.
– В тебе все еще есть часть ее души.
– Ты не шутишь? Серьезно? - она аж подпрыгнула в кресле.
– Разумеется. – мужчина встал и подойдя к книжному шкафу, взял в руки книгу. Открыв ее, он достал из тайника маленькую шкатулку. В этой шкатулке лежало кольцо. Кольцо Эрамоны, из которого Грегори сделал артефакт.
– Ты можешь поговорить с ней. Но только раз. Используй это с умом, девочка.
– Да. – Марго взяла колечко, повертела его рассматривая со всех сторон, а затем надела на палец. И тут же обмякла в кресле.
– А это безопасно, – спросил Ник.
– Разумеется, юноша. Я вам не шарлатан какой-нибудь, а лучший артефактор. Я уверен в безопасности своего создания, особенно если учесть, что речь идет о моей внучке.
В это время в глубине сознания девушки, где переплетались тени прошлого и отголоски древних сил, развернулся тихий диалог. Эрамона, чья сущность несла в себе отпечаток двух могущественных магических потоков, стояла перед ошеломленной ведьмой, и Марго с ужасом осознала, что очень и очень похожа на эту женщину.
– Здравствуй, Маргарита, – голос ее был тихим, и дроносился будто издалека, подобно эху.
– Эрамона? - проклятийница все еще не могла поверить своим глазам.
– Ты наконец готова узнать всё, - улыбнулась женщина и начала раскрывать своей носительнице правду, скрытую за пеленой времени.
– Все было не так, как рассказано в забытых легендах и историях, – прошептала Эрамона, ее голос звучал как шелест старых страниц. – Николаус Фарамер, тот, кому Мордред доверял, оказался предателем. Он не просто предал его, он возжелал заполучить меня себе.