Сама Демакатсо Радебе официально заявляла о своей полной свободе. И Хамберт догадывался, почему. В статусе «свободной» ее платные танцы приобретали на подсознательном уровне еще большую популярность. Ведь, наблюдая за полуобнаженной свободной женщиной, ты при любом раскладе надеешься, что, в конце концов, она может стать твоей. Так почему бы не зайти на огонек еще и в следующий раз? Ведь мечтать о подобных вещах всегда так приятно.
Впрочем, ходили слухи, что, на самом деле, популярная стримерша с первых дней спит с этим Мабузой. И что именно она являлась основной причиной быстро выросшей популярности этого блогера. Здесь, в первую очередь, был, конечно же, личный расчет каждого из местных знаменитостей. Они делали друг другу рекламу, да и противостоять постоянно появляющимся конкурентам намного проще и эффективнее в тандеме. И завоеванное место возле кормушки оберегать вдвоем всегда легче.
Жаль, что у Хамберта нет сисек и такой же задницы, как у Радебе. Тогда ему не пришлось бы работать, чтобы помогать матери. Демакатсо даже не болеет. Она еще молодая и здоровая. Так что ей даже место у врача занимать не надо. Жилье есть, пищевые нормы тоже всегда присутствуют. Был бы он бабой, тоже начал бы жить припеваючи. Днем спишь, сколько хочешь, вечером снимаешь видео. И все. Вот она, жизнь.
Он даже не может быть таким, как этот Мабуза. У него никогда не получится так ловко и складно излагать свои мысли и находить такие интересные темы. Вот поэтому, чтобы иметь возможность нормально есть и получать медицинскую помощь, необходимую матери, ему приходится сейчас идти убираться во «второй» блок.
После того, как Инносент из-за болезни больше не смогла убираться в складских помещениях, ее моментально лишили двойных норм и отодвинули в очереди к врачу аж в самый конец, после всех сотрудников Арктиды и не сотрудников, тоже выстроившихся в весьма приличную очередь.
Черт возьми! Они же беженцы! Они покинули свой дом не из-за хорошей жизни и не по собственной воле. Им пришлось спасаться от Катастрофы! Они что, должны были просто взять и умереть? Видимо, эти русские считают именно так. Они даже не сделали никому из прибывших скидку на полное отсутствие каких-либо знаний и умений, которые, по их мнению, были важны для этой базы. Или делай, что тебе говорят, или будешь жить впроголодь. А ведь это, по сути, и есть формальное рабство: заставлять людей работать за еду, без единого шанса что-либо изменить. Хотя нет. Шанс есть. Вон тот же Мабуза с Радебе смогли выкрутиться. Но таких единицы. А основная масса теперь вкалывает целыми сменами в любое время дня и ночи. Из-за этого в коридоре постоянно горит свет и постоянно ходят люди, уже давно потерявшие привычное ощущение дня и ночи и перешедшие на сменный восьмичасовой рабочий график.
Ламез добрался до короткого ответвления коридора, ведущего к выходу, и стал основательно укутывать себя в ворох теплой одежды, стараясь не пропустить ни одного открытого участка кожи. Взгляд Хамберта упал на небольшой экран, висевший на стене. На недавно протертом коридорным уборщиком дисплее светились крупные цифры показателей погоды, считываемые наружной метеорологической станцией.
Минус сорок пять. Ветер юго-западный, двадцать и шесть метров в секунду. Значит, если он попадет еще и под ветер, будет, пожалуй, все минус пятьдесят. Сейчас лето, и нет ни минус девяносто, ни ветра в сто километров в час. Но, тем не менее…
Хамберт нацепил на глаза смазанные жиром очки. Повязал на лицо теплоизоляционную повязку и наглухо застегнул выданную ему кем-то из военных старую ушанку. Поверх нее он натянул капюшон. Облачение довершали массивные рукавицы.
Интересно, успела ли группа наружных уборщиков обновить колею между «жилым» и «вторым» блоками базы? Сейчас ему нужно будет пересечь три десятка метров по улице. И стоит поторопиться, чтобы не подхватить простуду и не отморозить себе конечности. Хотя он, при всем своем желании, не сможет идти быстро. Лишком мало на улице кислорода. Слишком тяжело делать даже привычные и простые движения.
И опять все несправедливо! Он же представитель африканской нации. У него на генетическом уровне заложена плохая переносимость крайне низких температур. Хоть они всю жизнь и прожили с мамой в Кейптауне, но даже там Хамберт часто мерз. Он таким родился на свет, и ничего с собой поделать уже не сможет. Он никогда не привыкнет к ледяному климату Арктиды. И это все прекрасно знают. Даже те, кто назначил ему место работы в соседнем блоке. Видите ли, в «жилом» уже все вакансии, на которые он может претендовать по возрасту и уровню знаний, уже заняты. Поэтому таскай свою черную задницу, парень, к соседям через дикий мороз каждые шестнадцать часов, а потом еще раз через восемь. А, между прочим, могли бы пойти навстречу, учитывая, что он плохо переносит холод. Могли бы освободить ему место уборщика в «жилом» или вообще перевести его с мамой во «второй» блок. Там и теплее и условия получше. Вот где им с мамой самое место. Ей там определенно станет лучше. Там даже комнаты чуть больше, чем в их «жилом», который строился русскими последним и на скорую руку. Русские совершенно не задумывались о том, в каких условиях они будут жить. Всех приехавших просто согнали туда. Видите ли, лучшие места уже заняты полярниками.