– Надо сказать правду. Больше ничего не остается, – предложил генерал. – Так мы сможем избежать проблем в будущем. А родственники поймут. В той группе только бывшие полярники. Мужики все проверенные. И я надеюсь, что их семьи отличаются адекватностью и здравым смыслом.
– В сети могут появиться различного рода вбросы и фейковые сенсации нашей подпольной «оппозиции», – осторожно продолжил Меркулов.
– Ты имеешь в виду этих черных блогеров? – Потапов поднял брови. – Не переживай. Мои люди следят за этими свободолюбивыми и независимыми писаками. Пока что они не перешли черту дозволенного. Понимают, на самом деле, что здесь и как. В крайнем случае, если начнут сильно загоняться, мы изменим систему начисления пищевых норм и обрушим их маленький бизнес. Никто из их подписчиков уже не сможет переводить им цифровые данные на получение продовольствия. А так, пока они свободно делают, что хотят, за ними проще следить.
– Шпионская деятельность, – прокомментировал Судницын.
– Военная разведка, – парировал генерал.
– Я даже не хочу знать, есть ли кто-то из твоих людей в подведомственном мне сегменте, – покачал головой Сергей Владимирович
– Нет, – соврал Потапов. – Зачем? Вы мне и так все рассказываете сами. И не доверять вам я не имею никакого морального права. Мы же все стараемся делать одно большое дело.
– Если возникнет необходимость ареста так называемой «оппозиции», куда нам придется их девать? – задал неожиданный вопрос Станислав Иванович. – Где мы будем их изолировать?
– Нигде, – отрезал генерал. – Или расстрел на месте, или вышвырнем на мороз.
– Но это негуманно! – воскликнул Мельник.
– Как раз-таки это и будет самым честным и искренним проявлением гуманизма. Зачем держать возле нормальных людей преступников и кормить их за счет тех же законопослушных граждан? Ведь именно по отношению к честным гражданам мы в итоге и не проявляем ни малейшего гуманизма, отдавая прерогативу нескольких упырям, которые нарушили установленные нами и принятые большинством правила. Я довольно насмотрелся на этот бред еще в прошлой стране. Пора избавляться от идиотизма, единственным оправданием которого служила полная несостоятельность, продажность и дефективность судебной системы. Как, впрочем, и во всем мире. У нас же здесь все просто, поэтому давайте не усложнять. Преступник – есть враг нашего государства. Нашей новой Родины. А враг должен быть уничтожен.
– Преступность процветает, когда общество пропагандирует терпимость? – усмехнулся Станислав Иванович.
– Именно, – кивнул генерал. – Все верно сказано.
– Это не я. Вспомнилось из какого-то старого фильма.
– Давайте отложим этот вопрос на потом. – Судницын торопливо поднял руки в миролюбивом жесте. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Так ведь, Николай Федорович?
Тот в ответ только молча пожал плечами.
– Когда повторный рейд к новому месторождению? Корабль, по моим подсчетам, прибудет через шесть дней. И нам придется вернуться к вопросу о нефтедобыче.
– Через три дня мы отправляем отряд. О результатах будет известно через четверо или пятеро суток.
– Почему через три дня, и почему только через пять суток?
– Дату отправки предложили в аналитической группе. По их мнению, она будет более полно отражать действительность. Если стая этих птиц облюбовала точку нефтеразработки, как минимум, до конца полярного дня, стало быть, они будут там и сегодня и через неделю. В таком случае нам стоит лучше подготовить отряд для минимизации потерь. В рейд пойдет много техники и людей. Надо отбуксировать «Шарлотту». Если же эти птицы были всего лишь залетными гастролерами или они по каким-то своим причинам прилетают, когда в той зоне появляются люди, разработан план Б. Группа добирается до места и ожидает там в течение двадцати четырех часов. За время стоянки, если атака птиц не повторится, будут установлены датчики движения и несколько видеокамер, которые будут фиксировать все происходящее вокруг них до прихода полярной ночи. Станислав Иванович, я ожидаю от вас поставки соответствующего оборудования.
– Да, конечно, – тут же кивнул Мельник. – Я сегодня же подгоню научную группу и… – Писк коммуникатора прервал его на середине предложения. Начальник отдела снабжения и энергетики несколько минут изучал входящее сообщение, после чего с довольным видом откинулся на спинку стула, обвел взглядом остальных и торжественно произнес:
– Господа, мы можем поздравить друг друга. Скоро у нас с вами будет длинная связь. Мощность новой антенны позволит устанавливать стабильную связь базы с береговой линией. А может быть, и с околоматериковыми водами. Мы сможем держать связь с кораблем еще на его подходе к бухте.