Падение Скита даст Монастырю время для подготовки обороны или, не приведи Господь, Бог, ответного удара. Нужно будет дождаться, когда его люди просочатся достаточно глубоко в ряды обоих конкурентов, и нанести удар сразу по двум фронтам.
Да. Все надо сделать именно так. Сейчас лучше всего просто ждать.
Сдавшаяся от безумной боли пешка Скита открыла перед лицом избавляющей смерти имя того, кто выдал средства на проведение агитационной речи среди работников одного из заводов… Нет. Не завода.
Верховный инквизитор на секунду остановился, целиком отдавшись воспоминаниям. Его острый, отточенный многолетней работой мозг пытался найти среди казавшегося бесконечным списка мест, названий, дат и имен необходимое. Что-то было в этом знакомое, уже когда-то проскальзывавшее в очередном докладе. Проходило донесением через его руки.
Не завода, а ремонтного цеха! Пешка под пытками сдала человека, работающего в одном из ремонтных цехов. В том самом, из которого был тот рабочий… Коробков, кажется. Нет. Коробов. Это он поспособствовал той операции по захвату людей из двух пропавших гибридов. Не привлекая внимания к Лавре, направил на цель банду уголовников, захвативших для него людей. Отличная комбинация получилась, между прочим. А у этого Коробова были, кстати, свои личные интересы. Он добивался рекомендательного письма из Лавры для зачисления себя в послушники. Если Верховный не ошибается, у него было что-то с одной из послушниц, доставшейся кому-то из шести бывших советников от синода. Наверное, любовь, кто там их разберет. Но, вместо повисшей на шее бабы, на Коробова повесили пропажу людей, угон гибридов и быстро убрали при попытке побега.
Но все это было, так сказать, следствием. Сопутствующей частью какого-то интересовавшего Верховного инквизитора вопроса. Почему-то же он решил вникнуть в эти подробности, да так, что спустя почти год вспомнил все чрезвычайно быстро.
Точно. Лейтенант из внутреннего батальона шестого сборного полка. Как раз там, где работает один обязанный ему полковник. Он, кстати, и доложил Верховному о том, что этот самый младший офицер почти докопался до истины. Надо бы поднять его личное дело и освежить в памяти информацию. Связаться с полковником еще раз. Тогда лейтенанту Морозову… да, точно, Морозову так прямо сказали, чтобы он не лез со своим расследованием слишком уж глубоко. Но все-таки стоит с ним встретиться тут, в подвале. Возможно, у него есть свои личные мотивы.
– Пришли, хозяин. – Скачущий впереди урод остановился возле одной из дверей пыточной. – Входите. – Смотритель потянул за ручку металлической двери. Она не была заперта, и Верховный без промедления вошел внутрь.
На полу посреди комнаты, в окружении разнообразных орудий пыток сидела ведьма. Руки связаны, позади нее вверх к механизмам блоков тянулась веревка. Чуть поодаль стоял, опершись на одно из устройств, палач. Он тут же выпрямился и склонил голову в знак приветствия. Ведьма при звуках открываемой двери подняла голову, но, увидев того, кто вошел, тут же безвольно уронила ее обратно на грудь.
Сидящий за столом возле выхода секретарь при появлении Верховного инквизитора незамедлительно вскочил. Восседавший рядом с ним жирный монах из-за своего веса был не столь расторопен. Он рывком поднял свое массивное тело, задев край стола огромным животом, из-за чего стоявший перед ним тяжелый канделябр с горящими свечами с грохотом опрокинулся.
– Во имя всего святого, не устраивайте тут пожар, святой отец! – Секретарь торопливо поднял канделябр и отодвинул его подальше от толстяка и лежащих рядом бумаг. – Поберегите пламя для настоящих вероотступников.
– Давайте приступим, – оборвал их Верховный. – Как я погляжу, суд Святой инквизиции присутствует здесь в полном составе. Секретарь на месте, священник от Лавры в качестве наблюдателя также здесь. Святой отец?
– Слушаю, Ваше Святейшество. – Тучному монаху было тяжело стоять. Он уже собирался сесть, но при обращении к нему торопливо вернул себе вертикальное положение.
– Мне кажется, вы уделяете заботе о своем теле гораздо больше времени, чем заботам о спасении своей бессмертной души. – Верховный подошел ближе, с удовлетворением замечая, как при этих словах лицо толстяка мгновенно сереет, покрываясь крупными каплями пота.
Ничего. Тебе будет полезно. Всем здесь будет полезно уяснить для себя еще раз, что он, Верховный инквизитор, стоит на страже истинной веры и не станет делать различия между «своими» и «чужими».
– В Книге Исхода прямо говорится о том, что сыны Израиля, привыкнув есть досыта, но единожды утратив сию возможность, дерзнули на ропот и принялись вспоминать свою рабскую, но сытую жизнь в Египте. В дальнейшем пророк Иезекииль поставил чревоугодие в один ряд с праздностью и гордыней. А Спаситель наш, Иисус Христос, заповедовал апостолам своим воздерживаться от пьянства и объедения. Кумира ты сотворил себе из яств и возгордился, возомнив себя превыше апостолов Спасителя и самого Его.