Я взяла с тумбочки свой телефон и прочитала сообщения, которые Кэт и бабушка прислали мне вчера вечером.
Кэт:
«Слышала, ты общаешься с другими охотниками. Ловишь бабочек? Или мне нужно бежать туда с ломом и алиби? Никогда не помешает быть готовой!!!»
Кэт:
«Черт возьми, ты должна мне устроить девичник. Давай сделаем один, как только ты вернешься домой!»
Бабушка:
«Соскучилась по моей девочке. Надеюсь, у тебя все хорошо. Люблю тебя!»
Кэт:
«Останови меня, если ты уже слышала это. Что сказал зомби своей спутнице?»
Кэт:
«Я просто люблю женщин без мооозгов».
Я усмехнулась и отправила несколько сообщений. Сказала Кэт, что не нужно ни лома, ни алиби, но день для девочек будет как нельзя кстати. Сказала бабушке, как сильно я ее люблю и скучаю по ней и что все действительно хорошо.
Коул вышел из ванной в той же одежде, что и вчера. Его волосы были влажными, из-за чего черные пряди казались синими. Несколько капель воды скатились с его виска на челюсть и упали на пол. Я подошла к нему, чтобы протереть полотенцем его волосы.
Он обнял меня, прижимая к себе, и несколько мгновений просто вдыхал мой запах.
— Хочешь услышать шестнадцатую причину?
— Так сильно, что я, наверное, переставлю твой спинной мозг, если ты откажешься мне рассказать. — причины, по которым он любил меня, были для меня так же важны, как дыхание.
Улыбаясь, он сказал:
— Даже если ты знаешь, что конец близок, ты отказываешься меня отпускать.
Конец? Нет, нет, нет, мы туда не собирались.
— Мы только начинаем, — сказала я и бросила полотенце, чтобы погладить его по плечам. — Конца не будет. — не в ближайшие десять лет. — Ты сказал, что у нас все будет хорошо.
— Я знаю, любимая. Знаю. Я говорю не о видении.
Я расслабилась, но только слегка.
— Тогда о чем?
— Когда у нас было видение, как ты целуешься с Гэвином…
— Эй! Мы не целовались. З.А. пыталась его съесть.
Коул поцеловал меня в макушку.
— Я знаю. Но дело в том, что я перестал доверять тебе и тому, что знал о тебе, вместо этого доверившись тому, что видели мои глаза или разум. Но это не так. Ты любила меня и была готова бороться. Что же, мне нужно, чтобы ты снова доверилась мне. Поверь, я никуда не уйду.
«Доверие». Он был прав.
Прошлой ночью я доверила ему свое тело. Сегодня я доверю ему это.
— Как я уже говорил, я только что отвоевал тебя. Ничто и никто не сможет отнять меня у тебя, Али. Никогда больше.
Глава 14
Нет лучшего места
Чем кости
Во время часовой поездки к дому мистера Анкха я создала мысленное дерево решений.
Основной вопрос: Откуда у Камиллы и Ривера были зашифрованные бумаги?
Развлетвление: спрашивать или не спрашивать.
Ветки: если бы я спросила, они бы узнали, что я их увидела. Если я не спрошу, я не получу ответа.
Разве знание этого так уж плохо?
Не совсем. Что самое худшее они могли сделать? Сказать что я рылась в их вещах?
Так что я сделала это. Я спросила.
— Как ты смеешь! — прорычала Камилла. — Ты рылась в моих вещах.
— Вообще-то, нет. — возможно, мне следовало проложить ветки чуть дальше и выбрать более подходящее место для этого разговора. Переполненная машина… плохое решение. — Разве я виновата, что ты оставила бумаги на столе, у всех на виду? Подожди. Позвольте мне ответить за тебя, поскольку я буду честна. Нет. Итак, кто зашифровал страницы и знаешь ли ты о том, что там написано?
Вопрос, который я действительно хотела задать: «Знаешь ли ты, кто такая «она»?»
Ривер нахмурился.
— Один из наших шпионов увидел документ на объекте «Анимы» и сделал копии. И нет, мы не смогли его расшифровать.
Правда или ложь? Доверять ему или засомневаться? Я не могла сделать ни того, ни другого.
— А ты можешь? — потребовала Камилла. — Расшифровать его, я имею в виду?
Черт возьми. Чего бы мне это ни стоило, я не могла… и не хотела… лгать. Разве не это я ей сказала?
— Да, — сказала я. — Там говорится о жертве одного, которая приведет к освобождению многих, и о «ней», которая придет. Но они не говорят, кто она и что она должна сделать.
— Как ты смогла расшифровать его? — спросил Ривер.
Я сжала губы, отказываясь говорить о дневнике.
— Все дело в душе. — Коул забарабанил пальцами по рулю внедорожника мистера Анкха. Команда Ривера забрала его, но вернула в знак доброй воли. — Ты должен смотреть на страницы глазами души, а не разума.