— Куда мы идем?
— В безопасное место.
В одиночку? Вместе? Для лекции… или для чего-то другого?
Здание было меньше, чем у Ривера, немного более обветшалым, но с предпринятыми мерами безопасности. Коулу пришлось ввести код, чтобы открыть входную дверь. Внутри то, что когда-то, скорее всего, было вестибюлем отеля, превратилось в роскошную гостиную с большим телевизором, двумя диванами и несколькими креслами. Перед потрескавшимся мраморным камином лежал красивый ковер ручной работы.
— Здесь есть даже мебель, — сказала я удивленно.
— Только в этой комнате. — он развел огонь. — Послушай. Я знаю тебя и знаю, что ты думаешь, что это нормально, если ты обменяешь себя на Джастина.
Лекция. Отлично. Я поудобнее устроилась на ковре.
— Но это не нормально. Ни сейчас, ни потом. И даже не думай спорить. Я командую охотниками. Следовательно, я командую тобой. Я принимаю решения, а ты делаешь то, что я говорю.
Он ведь еще встречается со мной, верно?
— Единственная причина, по которой я не поставила тебя на колени и не заставила молить о пощаде, заключается в том, что я знаю, что ты обо мне заботишься. Но, Коул? Ты меня раздражаешь.
Он сел напротив меня. Я дернула за воротник его рубашки и позволила материалу вернуться на место.
— Ты либо мой парень, либо мой босс, — сказала я. — Ты не можешь быть и тем, и другим. Выбери что-то одно.
Он придвинулся ближе ко мне, так близко, что мне пришлось облокотиться на его колени, чтобы оставаться в вертикальном положении. У нас были проблемы. Его грудь прижалась к моей, и, случайно или намеренно, это меня возбудило.
— Если это будет означать, что сохранить тебя в безопасности, — сказал он, — тогда я выберу босса.
В то время как различные эмоции разрушали мое сердце, аромат клубники продолжал дразнить.
— В лучшем случае, мне не придется торговать собой. Я заставлю Итана поверить, что согласна, и нанесу удар. И да, он попытается обмануть нас так же, как мы попытаемся обмануть его. Но ты ведешь себя так, будто мы не сможем победить. — я пыталась не показывать, как он влияет на меня, когда Коул провел кончиками пальцев по моей спине. — Есть шанс, что мы сможем спасти парней и одновременно нанести серьезный удар по «Аниме».
— Есть шанс, что тебя будут пытать и в итоге убьют.
У меня была такая же мысль. Ну и что.
— Но я хотя бы что-то сделаю. — я должна сделать хоть что-то. — А что, если я та самая, а? — девушка, которая пожертвует собой, чтобы спасти многих. — Что если я должна умереть?
— Нет. Те записи могут быть подделкой.
— Но это не так. Это была часть журнала.
Он опустил голову, и его нос прижался к моему.
— Что, если ты не та самая? Тогда ты напрасно подвергаешь себя опасности.
У него на все были аргументы.
— Не напрасно. — но, ладно, хорошо, я поняла, к чему он клонит. — Несмотря ни на что, мы должны вернуть ребят. Это главная задача.
Прошло мгновение, напряжение накаляло меня изнутри.
— Ты права, — сказал он и кивнул. — Но мы сделаем все по-моему.
— Согласна. Если такова твоя дорога, то она и моя тоже.
Он фыркнул.
— Забудь об этой дороге… моей дороге… на время.
— Уже. А теперь хватит болтать. У меня есть лучшее применение для твоего рта. — я поцеловала его и надавила на плечи, опуская его обратно на ковер.
Он быстро перевернул меня. Его движения были плавными, как у пантеры, когда он навалился на меня и прижался.
— Это твой способ меня отвлечь? — он поцеловал меня в челюсть, и по моим венам разлилось тепло. — Потому что он работает.
— Ты ведь обещал мне второе свидание, помнишь?
— Да.
— Ну, время для него пришло.
— Чтобы лежать здесь… разговаривать? — он расплылся в медленной, злой улыбке.
Кровь в моих венах вспыхнула белым пламенем.
— Целоваться… прикасаться. Больше. Все.
Выражение его лица стало страдальческим, и он сказал:
— Али…
— Я вчера чуть не умерла, — вмешалась я. — Я могу умереть завтра или даже через час. Я хочу быть с тобой, Коул.
— Али… — повторил он.
— Нет. Ты думаешь, что в этом вопросе решаешь ты. Или твой отец. Что же, открою тебе новость. Это не так. Это мы решаем. И я готова. Я была готова. Ты готов.
Казалось, в его голове шла битва.
— Я весь день уговаривал себя не делать этого.
Он размышлял об этом.
— О чем говорят мои глаза?
Он прижался своим лбом к моему.
— О многом.
— И я уверена, что каждое слово завораживает. Послушай их.
Я запуталась пальцами в его волосах и покрыла его челюсть обжигающими поцелуями. Вскоре он наклонил голову и встретил мои губы своими, перехватив мое дыхание.