Синеглазка продолжила, её голос стал серьёзным и печальным.
— Знаешь, почему после Лилианы я так и не выбрала себе королеву? — спросила она, и в её тоне звучала тоска.
Я покачала головой, не в силах ответить.
— Ведьмы украли сына Лилианы, — сказала она. — Лилиана, ослеплённая яростью и страхом, собрала войско и отправилась в логово Ведьм. Она должна была спасти своего ребёнка любой ценой.
Я почувствовала, как холод пробежал по моей спине. История, которую рассказывала Синеглазка, была как предупреждение, словно это могло стать и моей судьбой.
— Лилиана увидела, как глава Ведьм держал её сына на руках, — продолжила Синеглазка. — Ослеплённая яростью и гневом, она атаковала его синим пламенем. Но она не знала одного: глава Ведьм имел способность перенаправлять любую магию.
Я затаила дыхание, предчувствуя самое страшное.
— Он перенаправил синее пламя Лилианы... на её сына, — голос Синеглазки стал ледяным. — Её ребёнок погиб на месте.
Моё сердце сжалось от боли, как будто я сама пережила эту трагедию. Я закрыла глаза, представляя себе эту сцену: Лилиана, обессиленная от потери, уничтоженная чувством вины, стоящая на руинах своей собственной ярости.
— Лилиана не смогла выдержать эту потерю, — продолжила Синеглазка. — Её горе, смешанное с виной, разожгло в ней приступ огненной ярости. Синее пламя захлестнуло всё вокруг. Все, кто находился поблизости, превратились в пепел — ведьмы, её войска... никто не выжил.
— И сколько их было? — мой голос дрожал, но мне нужно было знать.
— Тридцать процентов войска, которое сопровождало Лилиану, погибли, — ответила Синеглазка. — И ведьмы, оказавшиеся в тот момент рядом.
Я открыла глаза, чувствуя, как во мне закипает смесь страха и решимости.
— Я не повторю её ошибок, — сказала я твёрдо, хотя голос слегка дрогнул.
Синеглазка посмотрела на меня с печалью и пониманием.
— Надеюсь, ты права, Рая. Но прежде чем я выберу тебя, ты должна доказать, что можешь обуздать эту силу. Без любви и равновесия синее пламя уничтожит тебя и всех вокруг. Запомни это.
Я кивнула, понимая, что её предупреждение — это не просто слова. Это было испытание, которое я должна пройти, чтобы стать той, кто изменит судьбу Сломленных Душ.
— Синеглазка, — начала я, подходя ближе к ней, — где Дьявол? Я слышала, что вы оба находитесь в пещере драконов, но его здесь нет.
Синеглазка внимательно посмотрела на меня, её глаза сверкнули в свете синего пламени, освещавшего пещеру. Она была величественна и таинственна, её присутствие словно обволакивало всю пещеру.
— Дьявола здесь нет, — спокойно ответила она. — Уже много веков он покинул это место.
Я нахмурилась, услышав её слова.
— Почему? Разве пещера драконов не должна быть вашим домом?
Синеглазка на мгновение замолчала, её взгляд устремился вдаль, как будто она вспоминала что-то важное.
— После смерти первого Тёмного короля Дьявол потерял интерес к этой пещере, — наконец сказала она. — Ему было некуда идти, но и оставаться здесь он не видел смысла. Он нашёл убежище в крепости под землёй, где его никто не потревожит.
Моё сердце ёкнуло. Крепость... Я вспомнила слова Сальваторе о тайне под его замком.
— Он остался под крепостью Чёрных Рыцарей? — спросила я, стараясь не выдать своих мыслей.
Синеглазка слегка кивнула.
— Да. Дьявол — это его выбор. Он выбрал первого Тёмного короля, а теперь — нынешнего. И пока он поддерживает их, он не возвращается ко мне.
Её голос звучал отрешённо, почти с грустью.
— Вы с ним не общаетесь? — задала я осторожный вопрос.
Синеглазка окинула меня взглядом, в котором читалось терпение, но и недовольство.
— Мы не те, кто нуждается в словах, — ответила она. — Но его путь — это не мой путь. Он слишком склонен к гневу, к разрушению. А ты, Рая, должна понять: красное пламя, которое ты несёшь, ближе к его сущности, чем к моей.
Её слова пронзили меня. Я хотела узнать больше о Дьяволе, о его силе, о том, почему он ушёл. Но Синеглазка уже отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
Однако я не могла избавиться от мысли, что Дьявол играет большую роль в судьбе Сальваторе... и в моей.
Пещера драконов осталась позади. Синее пламя, освещавшее мой путь, теперь горело лишь в моих мыслях. Каждый шаг к выходу был тяжелым, как будто сама пещера не хотела меня отпускать. Но я знала, что мое место не здесь — я должна была вернуться.
Когда я вышла наружу, ветер сразу же ударил мне в лицо, сметая с меня тягость встреч с Синеглазкой. Но теперь вместо облегчения на душе остался только груз новых знаний. Слова Синеглазки о Дьяволе и... о Сальваторе разрывали меня изнутри.