***
В костюме все чесалось до чертиков. Грим, покрывавший ее не помогал.
Большинство важных гостей прибыло днем раньше, но те, кто жил в городе или в отдаленных предгорьях, теперь сформировали длинную очередь, простирающуюся через массивные парадные двери. Охранники были осведомлены и проверяли приглашения, задавали вопросы, всматривались в лица людей, совершенно не стремящихся быть опрошенными. Выступающим, продавцам и помощникам, однако, приказали использовать один из боковых входов.
Там Аэлина и нашла мадам Флорин и ее труппу танцоров, одетых в костюмы из черного тюля, шелка и шнуровки, они походили на жидкую ночь в утреннем солнце.
Расправленные плечи, подтянутость, оружие и руки, болтающиеся по сторонам. Аэлина пробивалась в середину толпы. Ее волосы были окрашены румяным оттенком коричневого, ее лицо покрывало несколько тонн косметики, все потрепалось, и она сливалась с толпой достаточно хорошо, чтобы никто не смотрел ей вслед.
Она полностью сосредоточилась на ее роли волнующегося новичка, ее взгляд более интересовался тем, как другие танцоры чувствовали себя, чем шесть охранников, размещенных у маленькой деревянной двери в каменной стене. Прихожая замка была узкой – хорошо для кинжалов, но плохо для мечей и смертельно для этих танцоров, если она попадет в беду.
Если Аробинн предаст ее.
С опущенной головой Аэлина начала первый тест на доверия.
Флорин с каштановыми волосами, шла мимо линии танцоров, как адмирал на борту судна.
Постарелое, но красивое, каждое движение мадам Флорин было живым изяществом, которое сама Аэлина никогда не могла скопировать, независимо от того, сколько уроков она провела с ней. Женщина была самой знаменитой танцовщицей в империи, и после отставки она стала самым ценным учителем. Инструктор-преподаватель - так ее называла Аэлина, когда училась у нее. Она изучала самые модные танцы и способы передвигаться и затачивать свое тело.
Ореховые глаза Флорин были устремлены на охранников впереди, когда она сделала паузу около Аэлины и сжала свои тонкие губы.
- Ты все еще должны работать над своей осанкой, - сказала женщина.
Аэлина встретила пристальный взгляд Флорин.
- Это честь быть дублером для Вас, Мадам. Я действительно надеюсь, что Гилиан скоро поправится.
Охранники махнули тому, что в надеждах было труппой жонглеров, и они медленно пошли вперед.
- Ты достаточно хорошо выглядишь. - пробормотала Флорин. Аэлина демонстративно втянула голову в плечи, и ее щеки покрылись очень сильным румянцем - новый дублер, оробевший от поздравлений ее учителя.
- Думаете о том, где я была десять месяцев назад?
Флорин фыркнула, и ее пристальный взгляд задержался на тонких шрамах на запястьях Аэлины, которые не могли скрыть даже нарисованные завитушки. Они подняли края в костюмах с открытой спиной, но даже так, даже с гримом верхние концы ее татуированных шрамов были видны.
- Если ты думаешь, что я имела какое-либо отношение к событиям, которые привели к этому...
Слова Аэлины были громче только хруста шелковой обуви на камнях:
- Вы уже были бы мертвы, если бы имели.
Это не было блефом. Когда она строила свои планы на том судне, она написала имя Флорин и затем вычеркнула после внимательных размышлений.
Аэлина продолжила:
- Я полагаю, что Вы внесли надлежащие корректировки? - не только небольшие изменения в костюмах, чтобы приспособить оружие и принадлежности Аэлины, которая должна была все это провезти в тайне – за все платил, конечно, Аробинн. Нет, большие неожиданности были позже.
- Немного поздновато, чтобы спрашивать это, не так ли? - промурлыкала мадам Флорин, темные драгоценности на ее шее и ушах замерцали. - Ты должна была доверять мне, чтобы даже просто появиться здесь.
- Я полагаю, что деньги Вам нравятся больше, чем король. - Аробинн потратил приличную сумму, чтобы заплатить Флорин. Она внимательно следила за охранниками, когда сказала. - И так как Королевский Театр был закрыт Его Императорским Величеством, я полагаю, что мы соглашаемся в том, что сделанное с теми музыкантами является преступлением столь же непростительным, как резня рабов в Эндовьере и Калакулле.
Она поняла, что поступила правильно, когда увидела, что муки замерцали в глазах Флорин.
- Петор был моим другом, - прошептала Флорин, цвет ушел с ее загорелых щек. - Там не было дирижера лучше, никого, у кого бы был такой прекрасный слух. Он сделал мою карьеру. Он помог мне достичь всего этого, - она махала рукой, чтобы охватить танцоров, замок, престиж, который она приобрела. - Я скучаю по нему.
Не было никакого расчета, никакого холода, когда Аэлина поднесла руку к своему сердцу.
- Я не хочу слышать, что они проводят набор каждую осень. Я потрачу всю оставшуюся жизнь, зная, что я никогда уже, возможно, не услышу более прекрасную музыку, никогда не испытаю и клочок тех чувств, которые испытывала в зале под его музыку.
Госпожа Флорин обхватила себя руками. Несмотря на охранников впереди, несмотря на задачу, которая приближалась с каждым тиканьем часов, Аэлине потребовалось целых несколько секунд, чтобы быть снова в состоянии говорить.
Но это не было тем, что заставило Аэлину согласиться на план Аробинна – доверять Флорин. Два года назад, после освобождения от привязи Аробинна, но почти нищая, благодаря выплате своих долгов Аэлина продолжила брать уроки с Флорин не только, чтобы сохранять знание популярных танцев для ее работы, но также, чтобы оставаться гибкой и стройной. Флорин отказалась взять ее деньги.
Кроме того, после каждого урока Флорин позволяла Аэлине сидеть за клавикордами около окна и играть, пока ее пальцы не становились красными и онемевшими, так как она была вынуждена оставить свой любимый инструмент в Башне Ассасинов. Флорин никогда не упоминала об этом, никогда не заставляла ее чувствовать, что это было милосердием. Но это была та доброта, в которой Аэлина тогда так отчаянно нуждалась.
Аэлина шепотом произнесла:
- Вы запомнили Вашу роль и роли Ваших девочек?
- Те, кто хочет сбежать, могут уходить к судну, которое нанял Аробинн. На всякий случай, там хватит места для всех. Если они достаточно глупы, чтобы остаться в Рафтхоле, то они заслуживают своей судьбы.
Аэлина боялась встречаться взглядом с Флорин до сих пор, Флорин даже не могла упаковать свои вещи из-за страха, что ее раскроют. Она взяла только то, что могла взять с собой на работу - деньги, драгоценности - потом, как только начнется хаос, она сможет сбежать в доки. Был шанс, что из дворца ни она, ни ее девочки уже не выберутся, не смотря на все меры безопасности, которые обеспечили Шаол, Брулло и несколько добрых охранников.
- Спасибо, - сказала Аэлина.
Флорин прицокнула языком:
- В тебе появилось нечто, чему тебя забыл научить твой мастер.
Танцоры впереди достигли охранников, Флорин шумно вздохнула и пошла к ним, расположив руки на узких бедрах, каждый ее шаг в сторону охранника, изучающего длинный список, излучал власть и изящество.
Один за другим он осмотрел танцоров, сравнивая их со списком, который держал. Он проверял список до мельчайших деталей.
Но благодаря Рессу, который вчера вырвался в бараки и добавил поддельное имя наряду с описанием Аэлины в списки, она в нем была.
Они медленно двигались вперед, Аэлина оставалась в конце группы, чтобы выиграть время на то, чтобы отметить детали.
Боги, этот замок был точно таким же, или он изменился. Или, возможно, это она изменилась.
Один за другим, танцоры получали разрешение пройти между охранниками и спускались в узкую прихожую замка, тихо хихикая, и, шепчась друг с другом.
Аэлина поднялась на носочки, чтобы изучить охранников у дверей, не больше чем новичок, разглядывающий лица в нетерпеливом любопытстве.
Тогда она увидела их. Написанные на порогах знаки, были знаками Вэрда. Они были красиво выведены, как если бы были простыми декорациями, но…
Они должны были быть у каждой двери на входе. Конечно, даже на окнах были выведены маленькие символы, которые без сомнений адресовались Аэлине Галатинии, чтобы подготовить короля или задержать ее в ловушке достаточно долго, чтобы ее успели схватить.