Рен уже знал, что клятва крови принадлежала Эдиону по праву, и любое другое дитя Террасена знало это тоже. Поэтому, первая вещь, которую Эдион сделает, когда принц прибудет, это убедится, что он понял этот маленький факт. Это не походило на Вендалин, где воинам предлагали присягу каждый раз, когда их правитель менялся.
Нет, с тех пор, как Брэннон основал Террасен, его короли и королевы выбирали только одного из своего двора на кровную клятву, обычно во время их коронации или вскоре после. Только одного, на всю свою жизнь.
У Эдиона не было интереса уступать честь даже легендарному принцу-воину.
- В любом случае, - сказала резко Аэлина, когда снова они завернули за угол крыши. - Мы не собираемся в Террасен, пока нет. Пока не будешь достаточно хорош, чтобы путешествовать быстро и жестко. Прямо сейчас мы должны получить амулет Оринфа от Аробинна.
Эдион был частично соблазнен мыслью, чтобы выследить ее бывшего хозяина и разорвать его в клочья, когда он допросит его о том, где хранился амулет, но он может играть вместе с ней по плану.
Он все еще был достаточно слаб, что до сих пор едва мог устоять на ногах достаточно долго, чтобы помочиться. Когда Аэлина помогала ему в первый раз, было достаточно неловко, что он не мог даже начать, пока она не начала петь какую-нибудь похабную мелодию и не включила кран раковины, все время помогая ему стоять над унитазом.
- Дай мне еще день или два, и я помогу тебе выследить одного из этих демонов.
Гнев врезался в него так сильно, как любой физический удар. Король убийц потребовал, чтобы она подвергала себя такой опасности - как будто ее жизнь, как будто судьба их королевства была богами-проклятой игрой с ним.
Но Аэлина ... Аэлина совершила эту сделку. Для него. Снова дышать стало тяжело. Сколько шрамов она добавила на гибкое, сильное тело из-за него? Затем Аэлина сказала:
- Ты не будешь охотиться на валга со мной.
Эдион споткнулся.
- О, да, я буду.
- Нет, ты не пойдешь, - сказала она. - Один, ты слишком узнаваем.
- Даже не начинай.
Она смерила его долгим взглядом, как будто оценивая каждую его слабость и силу. Наконец она сказала:
- Очень хорошо.
Он почти обмяк от облегчения.
- Но после всего этого: валги, амулет, - Эдион продвинулся . - Действительно ли мы освободим магию?
Кивок.
- Я предполагаю, что у тебя есть план.
Еще один кивок. Он стиснул зубы.
- Не соизволишь поделиться?
- Скоро, - сказала она сладко.
Да помогут ему боги.
- И после завершения твоего загадочного, прекрасного плана, мы отправимся в Террасен.
Он не хотел спрашивать о Дорине. Он видел страдания на ее лице в тот день, в саду.
Но если она не смогла подавить принца, он сделал бы это. Ему бы это не понравилось, и капитан вполне мог убить его в ответ, но, чтобы сохранить Tеррасен в безопасности, он бы отрезал Дорину голову.
Аэлина кивнула.
- Да, мы поедем, но у тебя есть только один Легион.
- Есть мужчины, которые будут сражаться, и другие территории, что могут прийти, если позовешь.
- Мы можем обсудить это позже.
Он сдерживал свой темперамент.
- Мы должны быть в Террасене до конца лета, прежде чем снег начнет падать уже осенью, или иначе нам ждать до весны.
Она отстранено кивнула. Вчера днем, она отправила письма, которые Эдион попросил написать Рену, Бейну и оставшимся верным лордам Террасена, давая им знать, чтобы они воссоединились, и что любой, с магией в их венах, должен был спрятаться. Он знал, что остальные лорды — старые, хитрые сволочи — не ценят такие приказы, как этот, даже от королевы. Но он должен был попытаться.
- И, - добавил он, потому что она действительно собиралась заткнуть его по этому поводу. - Нам нужны деньги для этой армии.
Она сказала спокойно:
- Я знаю.
Не ответ. Эдион попробовал снова.
- Даже если люди согласны сражаться за одну только честь, у нас будет больше шансов получать большее число, если мы сможем заплатить им. Не говоря уже о кормлении наших сил, вооружении и их снабжении. - На протяжении нескольких лет, он и Бейн прошли от таверны к таверне, тихо привлекая средства своими собственными усилиями. Это все еще убивало его, видеть, как самые бедные из его народа роняют с трудом заработанные монеты в кастрюли, которые они раздавали, чтобы увидеть надежду в их изможденных, травмированных лицах. - Король Адарлана опустил нашу королевскую казну - это была одна из первых вещей, которую он сделал. Единственные деньги, которые мы имеем, приходит от того, что наши люди могут пожертвовать, и которых не много - или то, что предоставляет Адарлан.
- Еще один способ поддерживать контроль все эти годы, - прошептала она.
- Наши люди нищие. Сейчас у них нет и двух медяков, не говоря уже об уплате налогов.
- Я бы не поднимала налоги, чтобы заплатить за войны, - сказала она резко. - И я бы не хотела стать шлюхой для иностранных государств из-за займов. Пока нет, во всяком случае.
Горло Эдиона сжалось от ее горького тона, поскольку они оба рассмотрели другой способ, которым могли быть получены деньги и люди. Но он не мог заставить себя упомянуть о продаже ее руки в брак за богатого зарубежного короля - пока нет.
Поэтому он просто сказал:
- Пора начать размышления. Если магия действительно освободилась, мы могли бы нанимать ее обладателей на нашу сторону — предложить им обучение, деньги, кров. Представь себе солдата, который может убить клинком и магией. Это могло бы повернуть ход сражения.
Тени мерцали в ее глазах.
- Действительно.
Он взвесил ее осанку, ясность в ее взгляде, ее усталое лицо. Слишком многое - она уже столкнулась и пережила слишком многое.
Он видел шрамы и татуировки, которые покрывали их, выглядывающие из под воротника ее рубашки время от времени. Он все еще не решался спросить, чтобы увидеть их. Забинтованной укус на ее руке была ничто по сравнению с той болью и многим другим, о чем она ни разу не упомянула, шрамы на всем ее теле. Шрамы на телах их обоих.
- И тогда, - сказал он, прочищая горло, - клятва крови.
Он провел бесконечные часы в постели, чтобы составить этот список. Она напряглась достаточно, чтобы Эдион быстро добавил.
- Ты не должна — не сейчас. Но когда ты будешь готова, я тоже буду.
- Ты все еще хочешь поклясться мне? - ее голос был ослабевшим.
- Конечно. - Он послал осторожность в ад и сказал: - Это было мое право тогда и теперь. Это может подождать, пока мы не доберемся до Террасена, но я буду тем, кто примет его. Никто другой.
Ее горло качнулось.
- Право.
Затаивший дыхание ответ, который он не мог прочитать.
Она отпустила его и проследовала в сторону одной из небольших тренировочных областей, чтобы проверить свою поврежденную руку. Или может она хотела уйти от него - может быть, он затронул эту тему не с той стороны.
Он заковылял по крыше, пока дверь не открылась и появился капитан.
Аэлина уже шагала в сторону Шаола с хищным вниманием. Он не хотел бы быть концом этого приветствия.
- Что это? - сказала она.
Эдион хромал за ними, когда Шаол пнул дверь, закрывающуюся за ним.
- Теневого рынка больше нет.
Аэлина резко остановилась.
- Что ты имеешь в виду?
Лицо капитана побелело.
- Солдаты-валги. Они пошли на рынок сегодня вечером и запечатали выходы со всеми внутри. Затем они сожгли его. Люди, которые пытались бежать через канализацию, наткнулись на гарнизоны солдат, ждущих там с мечами наготове.
Это объясняет дым в воздухе, виднеющийся на горизонте. Святые боги. Король сошел с ума, совсем - должно быть, прекратил заботиться о том, что думала широкая публика.