Может быть, она виновата в том, что случилось с Теневым рынком.
Припав к поверхности крыши, Аэлина поборола чувства вины и раздражительности, которые сдерживали её часами, и обратила внимание на переулок внизу. Идеально.
Она уже проследила за несколькими патрулями этой ночью, подмечая, что командиры, которые носили чёрные кольца, выглядели более жестокими, чем остальные, и даже не пытались двигаться как люди. Человек – или он уже был демоном – отодвинувший решётку канализации, был одним из самых сдержанных.
Она хотела проследить за этим командиром до места, которое он использовал в качестве своего жилища – так она могла бы, по крайней мере, дать Шаолу эту информацию – показать ему какую пользу она приносит для благосостояния этого убогого города.
Люди этого командира направились к ярко светящемуся стеклянному дворцу, густой речной туман украсил весь склон холма зеленоватым светом. Но этот валг отделился от них, уходя дальше в трущобы, и к канализации под ними.
Она наблюдала, как он исчез за решёткой канализации, затем проворно слезла с крыши, спеша и ближайшему входу, связанному с этим. Подавляя свой давний страх, она тихо спустилась в канализацию в квартале или двух дальше от того, которым воспользовался валг, и внимательно прислушалась.
Вода каплями стекала по стенам, отходы отвратительно воняли и крысы шныряли вокруг...
И раздался шлёпающий звук шагов впереди, возле следующего большого пересечения туннелей. Отлично.
Аэлина оставила кинжалы в костюме, не желая, чтобы они заржавели от канализационной сырости. Она держалась в тени и беззвучно шагала, когда приближалась к перекрёстку и заглядывала за поворот. Уверенная в том, что командир валгов шёл вниз по туннелю, спиной к ней, она углубилась в систему.
Когда он был достаточно далеко впереди, она скользнула за угол, держась в темноте, избегая лучей света, пробивавшихся через решётки в потолке.
Туннель за туннелем, она преследовала его, пока он не вышел к огромному озеру.
Оно было окружено скрытыми мраком и заросшими мхом, полуразвалившимися стенами, настолько древними, что ей стало интересно, не принадлежали ли они первому зданию Рафтхола.
Но не человек, стоящий на коленях перед озером, в которое впадали реки с любого из двух направлений, заставили её задержать дыхание и наполнили вены страхом.
Это было существо, показавшееся на поверхности воды.
Глава 27
Существо поднялось, его черное каменное тело рассекало воду с легкой рябью.
Командир-валг преклонил колени перед ним, опустив голову, не шевелясь, словно ужасом раскрученным на полную высоту.
Ее сердце подпрыгнуло в диком ритме, и она приказала себе успокоиться, когда взяла во внимание каждую деталь твари, которая сейчас стояла по пояс в бассейне, вода стекала по его массивным рукам и вытянутой, змеиной морде.
Она видела его раньше.
Одно из восьми существ, высеченных на самой часовой башне, восьми горгулий, которые, она была готова поклясться, наблюдали за ней. Улыбались ей.
Был ли там в настоящее время один из пропавших с часовой башни, или же статуи были сделаны после этого чудовища?
Она попыталась придать силы коленям. Слабый голубой свет начал пульсировать из-под ее костюма - дерьмо. Глаз. Никогда не было хорошим знаком, если он вспыхнул - никогда, никогда, никогда.
Она положила руку поверх его, душа едва уловимое свечение.
- Докладывай, - прошипело существо через рот из темных каменных зубов.
Вэрдовская собака - так она назвала бы его. Даже если оно совсем не напоминало собаку, у нее появилось чувство, что существо-горгулья может отслеживать и охотиться так же, как любая собака. И повиновался своему хозяину хорошо.
Командир держал свою голову опущенной.
- Никаких признаков генерала, или тех, кто помог ему уйти. Мы получили известие, что он был замечен, направляясь вниз по южной дороге, уезжая с пятью другими в Фенхарроу. Я послал два патруля за ними.
Она могла бы поблагодарить Аробинна за это.
- Продолжайте искать, - сказала вэрдовская собака, тусклый свет поблескивал на переливающихся венах, проходящих через его обсидиановую кожу. - Генерал был ранен, он не мог уйти далеко.
Голос существа заставил ее похолодеть.
Не голос демона или человека.
А короля.
Она не хотела знать, какого рода вещи он сделал для того, чтобы видеть через глаза этого существа, говорить через его уста.
Дрожь поползла вниз по ее позвоночнику, когда она пятилась вниз по туннелю. Вода, бегущая около поднятого прохода, была достаточно мелка, что существо не могло, возможно, плавать туда, но...она не смела дышать слишком громко.
О, она отдала бы Аробинну его командира-валга, все в порядке. Она разрешит Шаолу и Несрин охоту на них всех.
Но не до тех пор, пока у нее был шанс поговорить с одним самостоятельно.
***
Аэлине потребовалось десять кварталов, чтобы остановить тряску в костях, десять кварталов, чтобы рассказать им, что она видела, и что она планировала - но, проходя в дверь и увидев Эдиона, расхаживающего у окна было достаточно, чтобы остановить ее.
- Ты только посмотри, - протянула она, откидывая капюшон. - Я жива и невредима.
- Ты сказала, что это займет два часа, а не четыре.
- У меня были дела - вещи, которые только я могу сделать. Поэтому, чтобы выполнить эти задачи, мне нужно было ненадолго выйти. Ты не в том состоянии, чтобы быть на улицах, особенно если есть опасность…
- Ты поклялась, что не было никакой опасности.
- Я что, похожа на оракула? Всегда есть опасность...всегда.
Это не было даже и половиной из этого.
- От тебя воняет, боги проклятые, канализацией, - отрезал Эдион. - Хочешь рассказать мне, что ты там делала?
Нет. Не совсем.
Эдион потер свое лицо.
- Ты понимаешь, каково было сидеть на заднице, пока тебя не было? Ты сказала два часа. Что я должен был подумать?
- Эдион, - сказала она так спокойно, как только могла, и стянула с себя грязные перчатки, прежде чем принимать его широкую, мозолистую руку. - Я все поняла. Я делаю.
- Что ты делала чего-то настолько важного, что не могло подождать день или два? - его глаза были широкие, умоляющие.
- Разведывала.
- А ты хороша в этом, не так ли. - Полуправда.
- Первое, только потому, что ты...ты, это не дает вам информацию о всем, что я делаю. Второе…
- Ты снова ведешь список.
Она сжала его руку достаточно сильно, чтобы сломать маленькие человеческие кости.
- Если тебе не нравятся мои списки, то не стоит ввязываться в разборки со мной.
Он уставился на нее, она смотрела прямо назад.
Неуступчивый, нерушимый. Они были сделаны из одного теста. Вздох вырвался из Эдиона, и он посмотрел на их соединенные руки, затем открыл их, чтобы осмотреть ее травмированную ладонь, следы от обета, данного Нехемии, и порез, который она совершила в тот момент, когда она и Рован стали Караннам, их магия вступила в вечную связь.
- Трудно не думать, что все твои шрамы - моя вина.
Ой. Ой.
Он сглотнул один раз или два, но она успела все взвесить и сказала:
- Пожалуйста. Половина этих шрамов я по праву заслужила. - Она показала ему маленький шрам внизу внутренней стороне ее предплечья. - Видишь вот этот? Человек в таверне сделал мне его разбитой бутылкой, после того, как я обманула его в картах и попыталась украсть его деньги.
Сдавленный звук исходил от него.
- Ты не веришь мне?
- О, я верю тебе. Я не знал, что ты так плоха в картах, из-за чего тебе пришлось прибегнуть к обману. - Эдион тихо хмыкнул, но страх не исчез.
Так, она отогнула ворот своей туники, чтобы показать тонкое ожерелье из шрамов.