Эдион засмеялся, холодно, резко, и подарил Ровану такую улыбку, которая заставляла людей первыми нападать на него. Но Рован поднял стул, сел и откинулся назад, словно уже знал, куда нанесёт Эдиону смертельный удар. Аэлина указала на дверь:
- Убирайся к чёртовой матери. Я ещё долгое время не захочу тебя видеть.
Это чувство было взаимным. Все его планы, всё над чем он работал... Без клятвы верности он был всего лишь генералом; принцем без владений из рода Ашериров.
Эдион прошагал к входной двери и распахнул её так сильно, что чуть не сорвал её с петель.
Аэлина даже не окликнула его.
Глава 29
Рован из клана Боярышника целую минуту сомневался, стоит ли ему проследить за полуфэйским принцем и порвать его на части за то, как он назвал Аэлину, или ему лучше остаться здесь, с его королевой, пока она расхаживает перед камином в спальне. Он понимал – на самом деле – почему генерал был в ярости. Он бы тоже так себя чувствовал. Но это не было оправданием. Даже близко не являлось.
Устроившись на краю плюшевого матраца, он наблюдал за её передвижением. Даже без магии, Аэлина была воплощением пламени, с её рыжими волосами – создание с настолько бурлящими эмоциями, что иногда он мог только смотреть на неё и восторгаться.
И её лицо.
Это чёртово лицо.
Пока они были в Вендалине, он не сразу понял насколько она красива. Прошли месяцы, если честно, прежде чем он заметил. И за эти прошедшие пару недель, несмотря на его рассудительность, он часто думал об этом лице – особенно об этой дерзкой линии губ. Но он не помнил, как потрясающе она выглядела, пока не сняла капюшон, и не выставила его глупцом. Эти недели разлуки были жестоким напоминанием того, какой была его жизнь, перед тем, как он нашёл её пьяной и сломленной на той крыше в Варэсе. Кошмары начались в ту самую ночь, когда она ушла – настолько безжалостные сны, что его почти тошнило, когда он просыпался от них и слышал крики Лирии в ушах. Воспоминания об этом отозвались холодком по его спине. Но даже это было сожжено королевой позади него. Аэлина скоро протопчет след на коврике перед камином. - Если это намёк на то, чего ждать от нашего двора, - произнёс Рован в конце концов, разминая пальцы в попытке избавиться от предательской дрожи, с которой он не мог совладать с тех пор, как его магия была приглушена, – тогда у нас никогда не будет скучно.
Она вскинула руку в пренебрежительном жесте, полном раздражения.
- Не дразни меня сейчас.
Она провела рукой по лицу и тяжело вздохнула.
Рован подождал, зная, что она подбирала слова, ненавидя боль, сожаление и вину каждой частью своего тела. Он бы продал свою душу тёмному богу, чтобы больше она не смотрела так на него.
- Каждый раз, когда я оборачиваюсь, – сказала она, подходя к кровати и прислоняясь к резному столбу. – Я чувствую, будто я нахожусь в одном шаге или одном неверном слове от падения в бездну. Жизни людей – твоя жизнь – зависят от меня. У меня нет права на ошибку.
И вот он, груз, который медленно разрушал её. Его убивало то, что ему придётся увеличить его, рассказав новости, которые он привёз с собой – причина по которой нарушил её первый приказ. Он не мог сказать ничего, кроме правды.
- Ты будешь совершать ошибки. Будешь принимать решения и иногда сожалеть о своём выборе. Порой правильного выбора не будет, просто лучший из нескольких плохих вариантов. Мне не нужно напоминать, что ты можешь сделать это – ты знаешь, что ты в состоянии. Я бы ни за что не поклялся тебе в верности, если бы не верил в тебя.
Она опустилась на кровать позади него, её запах ласкал его. Жасмин, лимонная вербена и тлеющие угольки. Изящный, женственный и чрезвычайно дикий. Тёплая, устойчивая и непоколебимая – его королева.
Если не считать слабости, которую они разделяли: эта связь между ними.
В своих кошмарах он иногда слышал коварный и холодный голос Маэвы, перекрывающий свист хлыста. Не ради целого мира, Аэлина? Ну а ради Принца Рована?
Он пытался не думать об этом: о том, как Аэлина отдаст один Ключ Вэрда за него. Он запер это знание так глубоко, что оно всплывало только в его снах, или когда он просыпался и тянулся через холодную постель к принцессе, которая находилась в тысяче миль от него.
Аэлина покачала головой.
- Было так просто находиться в одиночестве.
- Я знаю, – ответил он, подавляя желание обвить руку вокруг её плеч и привлечь её к себе.
Вместо этого, он сфокусировался на прослушивании города вокруг них. Он слышал больше, чем могли себе позволить уши смертных, но ветер больше не делился с ним своими секретами. Он больше не ощущал, как это чувство бурлит внутри него. И застрял в теле Фэ, не имея возможности сменить обличье... Скованный. Тревожный. И стало только хуже от осознания факта, что он не может защитить это место от вражеских нападений, пока они находились здесь. Но он не был безоружным, напомнил он себе. Он был с ног до головы закован в железо и до этого, и всё ещё мог убивать. Он мог защитить это помещение – старыми методами. Он просто был... выбит из колеи. Время, когда он чувствует себя выбитым из равновесия может быть фатальным для неё.
Какое-то время они просидели в тишине
- Я наговорила ему столько ужасных вещей, – сказала она.
- Не беспокойся об этом, – сказал он, не имея возможности сдержать рычание. – Он сказал тебе настолько же ужасные вещи. Вы одинаково вспыльчивы.
Она фыркнула.
- Расскажи мне о крепости – как там обстояли дела, когда ты вернулся, чтобы восстановить её.
И он рассказал, пока не осознал, что сдерживался весь вечер.
- Просто скажи это, – сказала она, глядя на него прямо и неуклонно.
Ему стало любопытно, осознавала ли она, что постоянно жалуясь о его мужской чепухе, сама была чистокровной альфой.
Рован сделал долгий вдох.
- Лоркан здесь.
Она выпрямилась.
- Так вот почему ты приехал.
Рован кивнул. И вот почему сохранение дистанции было разумным шагом; Лоркан был достаточно коварным и злым, чтобы использовать их связь против них самих.
- Я учуял его запах рядом со Стражем Тумана и проследил до побережья, затем до корабля. Я обнаружил, что он следит за нами, когда причалил этим вечером.
Его лицо было бледным, и он добавил:
- Я убедился, что замел следы перед тем, как начать выслеживать тебя.
Более пяти веков назад, Лоркан был сильнейшим мужчиной в мире Фэ, равным по силе только Ровану. Они никогда не были настоящими друзьями, и после событий, произошедших пару недель назад, Ровану хотелось только перерезать ему горло за то, что он оставил Аэлину умирать в руках Валгских принцев. Что ж, скоро ему представиться такая возможность.
- Он не знает тебя достаточно хорошо, чтобы мгновенно уловить твой запах, - продолжил Рован. – Я готов поспорить, что он забрался на тот корабль, просто чтобы привести меня сюда, а я бы привел его к тебе.
Но приехать сюда было лучше, чем позволить Лоркану найти её, пока бы он оставался в Вендалине.
Аэлина выругалась с невероятной креативностью.
- Маэва, видимо, полагает, что мы приведём его прямо к третьему Ключу Вэрда. Ты думаешь, она приказала помешать нам – либо до того, как мы найдём Ключ, либо уже после?
- Возможно.
Этой мысли было достаточно, чтобы его пронзила холодная ярость.
- Я не позволю этому случиться.
Её рот искривился.
- Ты думаешь, я смогу одолеть его?
- Возможно, если бы у тебя была магия.
Раздражение мелькнуло у неё в глазах, и он понял, что что-то ещё тревожило её.
- Но без магии, в твоём человеческом обличье... Ты умрешь прежде, чем обнажишь свой меч.