— А вдруг я не справлюсь? Подведу их?
— Хуже, чем есть, им уже не будет.
Эта горькая правда на секунду оглушает меня. Сглатываю. Рев выпускает мой подбородок. Окидываю взглядом ряды косых домишек с ржавыми петлями и грудами мусора прям на улицах, босых детей в грязи и лохмотьях.
— Они нуждаются в тебе, — повторяет Рев.
Делаю глубокий вдох. Он прав. Так и есть. Так было, сколько я себя помню.
— Это то, о чём я мечтала… с самого детства. Не помню, чтобы хотела чего-нибудь ещё так сильно, как быть здесь и делиться силой с этим двором.
Рев грустно улыбается.
— Ты была рождена для этого. Это твоя судьба.
Он снова поворачивается к замку и сглатывает, его глаза мрачнеют.
Я наблюдаю за ним чуточку дольше, чем следует. Его взгляд расфокусирован, в нём видна боль. Его настроение так быстро изменилось.
— Судьба уготовила нам разные пути, — бормочу я, догадавшись о причинах его грусти. Как было бы здорово, если бы мы могли в будущем остаться вместе. Рядом. Но нам эта роскошь недоступна.
Рев ничего не отвечает.
— Спасибо, — добавляю я.
— За что? — его удивлённый голос звучит чуть более бодро, даже с нотками веселья.
— За то, что привёл меня сюда. За то, что веришь в меня.
За то, что простил меня. За то, что доверяешь мне. За то, что связал себя со мной. За то, что любишь меня. За всё, на самом деле.
Моё сердце преисполнено любви, хоть я и понимаю, что всё это временно.
— Не за что, — шепчет он. — Когда мы были в Выжженных землях, я принял для себя решение. Я видел, как ты жертвуешь собой. Я видел, сколько боли ты вынесла.
Горло болезненно сдавливается.
— И я понял, что должен хоть немного тебе это компенсировать. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты была счастлива.
— Тогда ты угадал. Это действительно…
— Знаю, — тихо произносит он. — Так что вперёд, иди за своим счастьем.
Рев
Я стою на склоне, глядя на Кейлин, уверенно шагающую к Теневому дворцу. Моя истинная идёт навстречу своей судьбе. Собравшиеся фейри тоже наблюдают за тем, как она идёт к воротам. По толпе проносятся неуверенные шепотки, а вот теневые духи продолжают радостно скакать. Эти игривые тёмные комочки запрыгивают на плечи фейри, собравшихся вдоль дороги, ведущей к большому замку впереди.
— Королева, — бормочут некоторые.
— Она идёт к королеве?
— Нет, — возражает кто-то. — Она и есть королева.
Часть наблюдающих понимающе кивает, на лицах других же отражаются сомнения. Несколько пар тёмных глаз устремляются ко мне. В них смешаны ненависть и любопытство. Хотя большинство всё же смотрит на Кейлин. Её чёрный плащ эффектно развевается.
В этот момент я понимаю, что у меня ничего подобного не будет. Корона Верховного двора достанется мне иначе. Здесь же происходит нечто большее. Разница колоссальна.
Происходящее здесь кажется настолько правильным, что даже странно, что я осознал это только сейчас.
Кейлин не могла остаться в Верховном дворе ни при каких обстоятельствах. Я понял это только теперь, когда оказался здесь. Я хотел ей дать желаемое, помочь осуществить мечты, пускай даже они шли вразрез с моими собственными, но теперь я чётко знаю, что это её судьба.
Как будто… её королевство — её двор — это её истинная пара.
Они неразрывно связаны: она принадлежит ему, а он ей.
Я нисколько не ревную из-за того, что у неё есть столь же сильная (если не сильнее) связь с чем-то, помимо меня. Но завидую, что у меня нет ничего подобного.
Наверное, это глупо, учитывая, что я Верховный наследник. Через несколько лет я стану Верховным королём. Я стану самым могущественным фейри в мире на целых сто лет.
Но происходящее здесь как будто имеет больший масштаб, большую значимость.
Впрочем, моя зависть мимолётна. Я искренне счастлив за свою истинную. Она, наконец, получит то, что заслуживает.
Я не хочу перетягивать внимание, хоть и жажду увидеть это своими глазами.
Поэтому проскальзываю в толпу, постепенно приближаясь к замку, где уже столпились сотни фейри.
— Это Кейлин, — шепчут они.
— Та самая убийца?
— Героиня!
У меня сжимается всё внутри, когда они с таким восхищением обсуждают самое известное деяние Кейлин — убийство моего брата. Пускай я больше не виню её в этом, но мне всё же неприятно осознавать, что для них это радостное событие.
Я пытаюсь отнестись с пониманием. Для них мой брат был олицетворением власти, отнятой у них. Могущественный принц, живущий где-то там далеко, в роскоши. Принц, которого никто из них никогда не видел. Принц, которому не было никакого дела до них.