И Рихгану действительно было плевать. Но не мне.
Хотя справедливости ради надо признать, что полную картину я не смог бы увидеть сам. Без Кейлин я бы не узнал, что на самом деле происходит в этом дворе. И почему.
Проталкиваюсь вперёд, ближе к воротам.
Земля содрогается, и моё сердце сжимается. Посреди гигантских ворот теневого дворца появляется щель и постепенно расширяется.
По толпе проносятся взволнованные ахи. Кейлин, всё ещё находящаяся в полусотне метрах от входа, останавливается посреди дороги. Фейри спешат войти внутрь, но оставляют широкий проход для Кейлин.
На верхней ступеньке стоит женщина в пышном чёрном платье и сверкающей чёрной короне.
— Королева, — благоговейным шёпотом произносит кто-то.
Королева Шепчущего леса, действующая королева Двора Теней, лично вышла встретить Кейлин.
Кейлин
У меня перехватывает дыхание при виде открывающихся ворот. Толпа, собравшаяся вдоль улицы, наблюдает за всем этим с распахнутыми глазами.
Ведь эти ворота открываются лишь раз в год. И то войти могут немногие. Но до Йериакского фестиваля, когда королева приглашает во дворец гостей, ещё несколько месяцев.
До нас доносится эхо шагов, и на верхней ступеньке появляется фигура. В первую очередь я замечаю корону с её сверкающими чёрными зубцами. Острую и удивительно прекрасную. Затем мой взгляд скользит по морщинистому лицу и чёрному платью.
Королева Шепчущего леса.
Я общалась с ней перед Испытаниями. Она разговаривала со мной как с дочерью, но я тогда настороженно относилась к землякам. Они так превозносили моё преступление, что мне было не по себе. При всей моей любви ко Двору Теней и его жителям, я не могла принять их восхищение.
И прежде у меня не было возможности встретиться с королевой здесь. Где я и должна была впервые её увидеть. Она бы поприветствовала меня при дворе и предложила выпить из тёмного фонтана. Это стало бы чудесным завершением обряда посвящения, и я бы официально считалась полноправной гражданкой этого двора.
Это было моей мечтой, которая так никогда и не осуществилась.
Меня лишили этого. Я была изгнана в мир людей до достижения совершеннолетия.
Не знаю, почему королева решила лично встретить меня сейчас. Да, я широко известна, многие здесь мне симпатизируют, даже считают национальной героиней. Я ожидала, что меня радушно примут. Но не того, что ради меня откроют ворота. Не того, что сама королева выйдет меня встречать.
Зачем было устраивать целое представление?
Духи продолжают кружить и плясать, их радостные шепотки доносятся из толпы.
Делаю ещё один глубокий вдох и возобновляю шаг. Через считанные секунды оказываюсь у ступенек — неровных каменных плит чёрного цвета с сине-фиолетовыми вкраплениями, похожие на перья ворона.
Как только мой ботинок опускается на первую ступеньку, все наблюдатели резко замолкают. Наступает мёртвая тишина. А может, это мой мозг просто выключил все посторонние звуки.
В этот миг есть только я и королева, ждущая меня наверху.
Лёгкий ветерок немного остужает жар от волнения, распространяющийся по шее и лицу. Грудь поднимается и опускается слишком часто, но я стараюсь сосредоточиться и сохранять невозмутимость. Каждый шаг длится вечность, пока я нахожусь между.
Наверху ждёт моя судьба. Судьба, в реальность которой мне страшно поверить.
Спустя несколько минут медленного подъёма, когда мои бёдра уже горели от напряжения, я всхожу на верхнюю ступеньку платформы перед каменными воротами и оказываюсь лицом к лицу с королевой.
Я не знаю, чего ждать. Не знаю, как она меня воспринимает. Как наследницу? Надежду двора? Или как угрозу?
Останавливаюсь. Я совсем не выгляжу как уверенная в себе женщина, намеренная забрать себе власть над целым королевством. Вместо этого я чувствую себя ребёнком, мечтающим получить одобрение.
Я отчаянно хочу быть принятой. В какой-то мере я жалкая в своём желании.
Королева медленно, спокойно приближается ко мне. И тут её губы изгибаются в ласковой улыбке.
— А я всё гадала, когда же ты придёшь.
Королева Шепчущего леса с её длинными волосами цвета воронова крыла и сетью морщинок на лице поднимает обе руки к своей голове.
Мои глаза округляются, когда она снимает с себя корону и, опустившись на одно колено, протягивает её мне.
Кейлин