― Ваше Высочество! ― крикнул Пэн, сидящий у ярко разгоревшегося костра. ― На востоке течёт небольшой ручей, если вы желаете умыться.
Келси кивнула, всё ещё обдумывая совет Кэрролла и пытаясь рассмотреть его с практической точки зрения. Её потребуется телохранитель и круг сторонников. Сможет ли она найти людей достаточно преданных, которые бы не поддавались на угрозы и попытки подкупа со стороны Регента? Преданность нельзя построить на пустом месте, и её, конечно, нельзя купить; между тем, ей просто необходимо будет питаться
Она жалела, что не расспросила Кэрролла о своей матери. Он был стражником Королевы Элиссы в течение многих лет и должен был знать о ней всё. Однако все стражники Королевы принимали обет молчания, и Кэрролл не стал бы ничего рассказывать, даже Келси. Девушка сжала зубы. Она предполагала, что переход к новой жизни автоматически положит конец всем секретам: в конце концов, она же станет Королевой. Но эти люди не больше Карлин хотели поведать ей то, что она желала узнать.
Она планировала помыться вечером, когда они остановятся; её волосы были жирными, и она с каждым движением всё больше ощущала запах пота, исходящий от её тела. Она может воспользоваться ближайшим ручьем, однако мысль о купании под пристальным наблюдением Пэна или Элстона, или, того хуже, Лазаря, была невыносимой. Ей бы просто смыть грязь и утешиться тем, что её стражники пахнут не лучше. Она собрала свои грязные волосы в пучок и спрыгнула со скалы, чтобы отправиться искать ручей.
В
ту ночь стражники снова шумели, сидя у костра. Келси лежала в своей палатке, сердившись, что не может заснуть. Довольно трудно заснуть, когда твоя голова переполнена вопросами, а при постоянных взрывах пьяного хохота это просто невозможно. Она обернула свой плащ вокруг головы, твёрдо намереваясь игнорировать их. Но когда они грянули пошлую песню про женщину с тату в форме розы, Келси наконец скинула плащ с головы, надела его и вышла из палатки.
Стражники разложили спальные мешки вокруг костра, но никто из них, судя по всему, не знал как правильно ими пользоваться. Воздух был тяжёлым и неприятным и пропах дрожжами; запах этот исходил, как поняла Келси, от пива, хотя в коттедже никогда не водилось спиртного. Карлин бы этого не позволила.
Только Кэрролл и Булава поднялись, когда она подошла. Они, казалось, были трезвыми, в то время как все остальные стражники лишь уставились не мигая на неё. Элстон, она это видела, уснул, положив голову на толстое дубовое бревно.
― Вам что-нибудь нужно, Леди? ― спросил Кэрролл.
Келси хотелось накричать на них в отместку за два часа тщетных попыток уснуть, но, увидев их покрасневшие лица, она передумала. Карлин говорила, что легче договориться с младенцем, чем с пьяным. Кроме того, из книг она знала, что на хмельную голову люди чаще выдают секреты. Быть может, Келси удастся разговорить их.
Она подложила плащ под себя и устроилась между Элстоном и Пэном:
― Я хочу знать, что будет после того, как мы доберёмся до Нового Лондона.
Пэн повернулся к ней, глядя помутнёнными глазами:
― Что будет?
― Будет ли мой дядя пытаться убить меня, когда мы прибудем в Крепость?
В этот момент все как один уставились на неё, пока Булава наконец не ответил:
― Возможно.
― Твой дядя никогда никого не убивал, ― пробормотал Корин. ― Я бы больше волновался насчёт Кейдена.
― Мы не знаем точно, они ли преследуют нас, ― заспорил рыжебородый.
― Мы ничего не знаем точно, ― уточнил Кэрролл приглушённым голосом и повернулся к Келси. ― Леди, не проще ли доверить нам вас защищать?
― Ваша мать всегда доверяла, ― добавил рыжебородый.
Келси сощурилась:
― Как ваше имя?
― Дайер, Леди.
― Итак, Дайер, вы имеете дело не с моей матерью. Вы имеете дело со мной.
В тусклом свете Дайер по-совиному моргнул. Через секунду он прошептал:
― Я не хотел Вас обидеть, Леди.
Она кивнула и снова повернулась к Кэрроллу:
― Я ранее спрашивала, что будет дальше, когда мы доберёмся до места.
― Сомневаюсь, что нам придётся с боем прокладывать дорогу к Крепости, Леди. Мы доставим Вас в начале дня, город будет полон народу в эти выходные, а Регент не настолько смел, чтобы убить Вас на глазах у всего мира. А вот в Крепость они, без сомнений, не побоятся прийти за Вами.